Ива, Антония или Вероника

– Конечно, нормальный, только простуженный, – слегка удивилась Алина. – Ты сильно кашляла.

– Это была я… – пробормотала я еле слышно.

Алина звонко рассмеялась:

– Ну ты даёшь, подруга! Ты, конечно, кто же ещё? Да ты Янку жабкой назвала – так ведь только мы между собой её называем…

Верно. Это наше с Алинкой прозвище, о котором не знает никто из сестёр.

– А что я ещё сказала? – Я цеплялась за Алину, как изнемогающий Тесей за путеводную нить Ариадны. Возможно, она поведает о моих планах на ту ночь?

Может быть, я собиралась в Щепнёво?.

– Ничего. Сказала, что Янка жабка, и всё.

– Ясно.

Я разочарованно нажала на отбой.

Звонок Алины явственно намекал, что Яны не должно было быть той ночью в особняке «Сорока». Она собиралась провести её в другом месте.

«В другом месте» – буквально означает «алиби».

То, что у Яны очертились контуры алиби, мне не понравилось.

Но ведь очевидцы (соседка, курьер) утверждают обратное!

Значит, она передумала и всё-таки вернулась домой?.

«Не спрашивай любовь…» – пропел телефон, и я пугливо дёрнулась.

– «Венецианский ужин», доставка, откройте, пожалуйста, калиточку, – произнёс незнакомый мужской голос.

– Оставьте на крыльце, – попросила я, нажав на кнопку домофона.

Весь вечер я ничком лежала на кровати. Я стучалась в свою память, как в глухую чёрную дверь, взмывающую до самого неба. Но она осталась неумолима.

Глава восьмая

Утром, когда я впихивала в себя полезный, но жутко невкусный творог, запивая не менее полезным и отвратительным зелёным чаем, в дверь позвонили.

В глазке отражался молодой мужчина в чёрной спортивной куртке с капюшоном.

– Кто? – подала я голос из-за двери.

– Врач, – громко заявил он.

Я вспомнила, что по утрам у меня капельницы. Так вот кто контролирует моё драгоценное здоровье!

Я распахнула дверь, мужчина шагнул в прихожую, и от него повеяло свежим морозным воздухом. Он был крепким и плечистым, а из-под брендовой трикотажной шапочки выбивались кончики тёмных волос.

«Принц», – насмешливо подумала я, провожая его в комнату.

– Слава богу, вы пришли в себя, – радовался красавец, готовя капельницу. – Ваш муж безумно переживал! Но я сразу сказал, что всё обойдётся. Как самочувствие? – Он отработанным жестом встряхнул шприц.

– Есть кашель и небольшая слабость, – сообщила я, разглядывая его точёный профиль. – А так ничего.