Завещание с простыми условиями

Каким он был? Чем занимался? Какую жизнь вел?

– Это не телефонный разговор, Марта Вильгельмовна.

А может, его и пригласить?.. Попросить захватить абсент, отпразднуем новоселье, а там, за разговором…

– Сегодня навестить вас никак не получится.

Он что, мысли мои читает?..

– Да и абсент каждый день не пьют, тем более такими, извиняюсь, лошадиными дозами. Это благородный напиток, напиток богемы.

А кто мне отмерял дозы? Не вы ли, батенька?

Я специально мысленно четко проговорила эту фразу.

У меня даже сердце заколотилось.

– Кстати…

???

– Вы уже видели портрет?

– Портрет?.. – О портрете я совсем забыла.

– Он находится в гостиной.

Никакого портрета в гостиной я не могла припомнить.

– Еще не видела.

– Ну, как же так, фройлейн Марта?

Мне показалось, что его тон стал холоднее.

– Я еще не успела как следует все осмотреть, – смущенно объяснила я.

– Я думал, вам интересна личность вашего отца…

Как он ревностно следит за этим портретом! Что же в нем такого особенного?.

Ладно, в этот необыкновенный вечер прощу ему его занудство.

– Хорошо, сейчас спущусь и посмотрю.

– Вы его сразу увидите.

Сразу я его уже не увидела.

– А теперь желаю вам спокойной ночи, время уже позднее.

Я тоже пожелала ему спокойной ночи и повесила трубку.

И начала спускаться по лестнице в гостиную, чтобы увидеть, наконец, портрет моего отца.

На этот раз я увидела его сразу. Удивительно, как я могла его не заметить? Портрет висел на самом видном месте, прямо напротив двери, рядом с часами. Если сказать откровенно, он меня немного удивил. Я ожидала увидеть обычный портрет, скажем, по грудь или по пояс, где крупным планом выписано лицо. Или, учитывая специфику отцовского жилища, какой-нибудь портрет в старинном стиле, например, в средневековом костюме с жабо, и парике. Такой портрет гармонично вписался бы в интерьер гостиной.

Но висящий передо мной портрет был очень необычным. На дальнем фоне картины чернел непроходимый лес. Перед лесом протекала неширокая, но бурная река, через реку был перекинут мост, и вот на этом мосту, опершись правой рукой на перила и подбоченясь, стоял молодой мужчина, высокий, худощавый, в красивом камзоле и высоких сапогах, как у наездника, и пронзительным взглядом смотрел, казалось, мне прямо в глаза.