Вкус свежей малины

Мы продолжаем работать над картиной моего случая. Я рассказываю о себе, а Губка подправляет эскиз и при случае жонглирует лекарствами.

Работа над картиной

Я пришла к нему ровно через два дня после первого визита. Я еле-еле доползла, до такой степени меня умиротворило. Первую таблетку я проглотила вечером и спала до полвторого. В полубесчувственном состоянии я доплелась до ванной. Взгляд в зеркало. Ой! А еще говорят, будто сон – самая лучшая косметика.

– Губка явно не попал, – заметила Эва, взглянув на меня поверх книжки.

 – Сколько ты должна глотать этой дряни?

– Три таблетки ежедневно. Утро я уже пропустила, так, может, в обед принять две?

– А может, мне сразу вызвать «скорую»?

– Без паники. Наверно, это первая реакция. Организм не привык…

– Ты хочешь сказать, что еще не попала в зависимость? Я бы пошла к Губке и попросила что-нибудь другое.

– Ладно, завтра схожу, а сегодня еще попробую. Только приму пораньше. Чтобы не дрыхнуть до двух.

Я приняла таблетку и пошла в магазин.

Она начала действовать, когда я подошла к кассе. Расплачиваясь за покупки, я обнаружила, что забыла проездной билет. Большое дело, поеду зайцем. И тут, как нарочно, контролер. Но у меня ни намека на стресс.

– Тридцать злотых штрафа плюс сумка с покупками, оставленная в трамвае, – закончила я свой рассказ Эве. – Впишу их в расходы на лечение. А сейчас я валюсь с ног и потому пошла баиньки.

* * *

На другой день я появилась у Губки.

– Здравствуйте. Садитесь.

– Доктор, я позавчера была у вас…

– Да? – насторожился он.

 – И в чем проблема?

– В том, что я ем, трескаю, жру.

– Ну и? – Те же усталые глаза, глядящие сквозь пальцы.

– Ну и вы мне выписали полдоксин, но он сшибает меня с ног. Я в полубессознательном состоянии, сплю по четырнадцать часов. Я пришла попросить что-нибудь другое… Вы обещали, что мы будем экспериментировать.

Губка все время кивал и говорил, что аппетит – это только вершина айсберга.

Я умолкла. Губка глянул в мою карточку.

– Мгм.

Нарушения с едой, невроз навязчивых состояний, проблемы с засыпанием, – медленно прочитал он. – Огорчается. Это важно. И из-за чего ты огорчаешься?

– Я уже говорила. Из-за всего. Сомнительное будущее. Прошлое, которое невозможно изменить. Когда-то я боялась, что не сдам вступительные, теперь боюсь каждой сессии. Огорчаюсь из-за мамы и из-за того, что она огорчается из-за меня.

– Ну что ж, у нас есть некий эскиз.

– Эскиз? Но эскиз уже был у вас два дня назад.