Влюбиться в лучшего друга, или Синица в небе

Кажется, каждый уголок знаем и можем с закрытыми глазами пройти и описать, что находится вокруг. Здесь столько мест, с которыми связаны те или иные моменты нашего совместного детства. Как так получилось, что я сейчас не могу вспомнить ни одного хоть немного значимого события в моей жизни, в котором бы не было Синицы. Он был со мной в горе и в радости… Дальше обычно добавляют «пока смерть не разлучит», но не в нашем случае. Наша разлука произойдет гораздо раньше.

Нас разлучит любовь… Любовь моего лучшего друга и моей лучшей подруги.

В том, что это обязательно случится, я не сомневаюсь. Анька должна понять, какой он хороший. Самый лучший. Я всё сделаю, чтобы она это поняла. Два моих дорогих человека должны быть счастливы. Или я не Светлана Липатова!

– Лип, смотри, тот дом снесли, – выдергивает меня из моих мыслей Лёшка. Я поворачиваюсь в ту сторону, куда он указывает, и у меня мурашки ползут по коже. Прошло 9 лет, а я помню это место, как будто вчера было…

В восьмом классе после новогодней дискотеки мы с Анькой возвращались домой поздно.

Деревня наша небольшая, все друг друга знают, поэтому мы смело шагали вдоль заборов по хрустящему насту, распевали песни, дразня дворовых собак. Неожиданно на пути у нас появился какой-то мужик. Чужой. Не из Одинцово. Мужик был довольно крупный. Он намеренно перегородил собой проход. Мы с Анькой остановились и взялись за руки. Я почувствовала, как Анька вся задрожала от страха. Мужик сделал шаг в нашу сторону и заговорил грубым хриплым голосом:

– Красавицы, хорошо поете, – на лице появилась мерзкая улыбка.

 – А для меня исполните?

После этих слов, он схватил меня за руку и потащил куда-то. Я его била, упиралась, Анька тоже кинулась на мужика, но тот толкнул её, и она отлетела метра на три, упала в сугроб. Как потом оказалось, это была не просто куча снега, там была куча из веток, которую хозяева двора не убрали с осени. Анька зацепилась за что-то и подвернула ногу, так и оставшись лежать в этом сугробе. А я готовилась к худшему, когда мужик, завернув за угол в темный переулок, вдруг потащил меня в калитку какого-то двора.

Слёзы хлынули из глаз, я даже не могла кричать – голос от страха сел, и получалось издавать только какой-то слабый полустон-полуписк.

А мы всё приближались к крыльцу неизвестного дома. В этот момент я вспомнила как моя бабушка говорила мне: «Светочка, голубушка моя, ты у нас такая бедовая. Как выйдешь гулять, так я каждый раз молюсь Богу, чтобы с тобой чего не случилось».