Не смотри на меня

Мика заходит на кухню, где я пряталась от всех, с большой тарелкой.

– Настюш, – зовёт меня парень, а я демонстративно отворачиваюсь от него. – Прости меня, я не хотел тебя обидеть.

Как же мне сейчас стыдно… Вот зачем он это делает?! Я и так уже не пойми на кого похожа с размазанной тушью, красными глазами и опухшим лицом. А он, будто читая мои мысли, продолжает:

– Принцесса моя, ты сегодня такая красивая, – от этих слов моя спина покрывается мурашками.

Почему он сейчас назвал меня так? Это снова какое-то издевательство? Или он так иронизирует? Чтобы ответить на эти вопросы, я поворачиваюсь к Мику и смотрю ему в глаза.

Они грустные, хотя сам Мик улыбается.

– Я тебе покушать принес, – переводит тему и подставляет поближе ко мне блюдо. Это, как ни странно, действует. Я смотрю на мясо и овощи, красиво разложенные на тарелке – неужели для меня так постарался? Поднимаю вопросительный взгляд на Мику, и он продолжает: – Ну же, мартышка, хватит дуться, давай вместе поедим?

– Сам ты мартышка, – говорю и тянусь за шашлыком, который так и не смогла съесть на улице.

 – Ты ефо мне отфетифь за тот куфофек, – грожу ему пальцем, и мы начинаем смеяться.

Глава 5

Вскоре мы снова возвращаемся во двор к общей тусовке. Наевшись желанного мяса, я снова начинаю самобичевание. Как я могла объесться!? Всё насмарку – и платье теперь выглядит неидеально на моём выпирающем животе, и макияж пришлось смыть почти полностью, вместе с остатками моих слёз разочарования. И всё же я решила взять себя в руки и хотя бы попытаться поговорить с Китом.

Выйдя на террасу, ищу глазами высокую, сухопарую фигуру в голубой шведке. Кит работает программистом в какой-то солидной фирме, и ему положен на работе дресс-код. Но, видимо, парня это совсем не тяготит, потому что в обычной жизни классика – полностью его стиль.

Чего не сказать о взбалмошном Мике. Никогда не видела его в рубашках и брюках. Даже на фото с выпускного альбома все его одноклассники одеты прилично и торжественно – белый верх, темный низ, – кроме Мика.

Он и тут остался верен себе – обычная спортивная футболка с какими-то надписями, джинсы с вытертыми коленями и кеды. И, сказать бы, бедно жили они – так нет, мои родители всегда помогали, и вещи для школы мама лично покупала дважды в год. Только всё даром – Мика под страхом смерти не заставить надеть костюм. Вот такой он всегда был бунтарь. Мне, прилежной ученице и приличной во всех отношениях девушке, никогда было его не понять.