Наша самая прекрасная трагедия

Но вместо Николая мне ответило солнце так, как оно вообще может обращаться к земным обитателям. Внезапно, облака расступились. Стало так светло, что я зажмурился и вспомнил о существовании солнцезащитных очков. Как быстро здесь меняется погода. А может, это лишь затишье перед бурей?

– Мне не приходилось испытывать того же, что и ты, – наконец, сказал он, – но если существует проблема, то есть и её решения. Может, пройдёмся? Тебе в какую сторону?

Я кивнул и выбрал направление, которое приведёт меня к дому, лишь проделав крюк вокруг квартала.

Может, я не хотел показывать ему свой дом, надеясь, что мы разойдёмся быстрее, чем дойдём до него или мне захотелось поговорить с ним подольше? Чем бы это ни было, мне уже не хотелось поскорее отделаться от него – может, я ухватился за возможность впервые за долгое время прогуляться с кем-нибудь? Впрочем, я не всегда поступаю строго следуя логике – бывает, что я просто что-то делаю, говорю, а потом наблюдаю за последствиями.

– Друзья называют меня Гоголем, – сказал Николай, – уже очень давно, я привык к этому.

Ты тоже можешь. А тебе даже прозвище придумывать не нужно, Штефан – это уже нечто такое… Необычное. Хотя, что-нибудь интересное ещё можно придумать.

– Почему Гоголь?

– Из-за причёски, в основном, она со мной уже много лет. Но не только.

Он хитро улыбнулся и какое-то время ничего не говорил.

– Ты чем вообще занимаешься – в свободное время, то есть? Играешь во что-нибудь? – спросил он.

Я пожал плечами.

– Интернет.

Я попытался вспомнить, чем любил заниматься раньше.

– У меня есть фотоаппарат. Раньше, я любил фотографировать. Ещё, я играю на аккордеоне. Да, когда-то я много играл, но всё это кажется мне теперь не интересным. Сейчас, я не знаю, чем занимаюсь. Но когда у меня был фотоаппарат – я об этом даже не думал.

– Знаешь, тебе очень подходит быть фотографом. Можем встретиться как-нибудь на днях, я покажу тебе пару прикольных мест, о которых мало кто знает. А затем, когда вернёшься обратно, будешь пересматривать фотографии и вспоминать Запорожье.

Я улыбнулся.

– Хорошая идея.

Это предложение внезапно пробудило во мне давно забытую жажду приключений, страсть ко всему новому, азарт человека с фотоаппаратом. Узнать мир, в котором я теперь живу с разных сторон, совершить открытие – это именно то, чего мне так не хватало.

– Дашь свой номер, я позвоню тебе, как это… на дне.

Он рассмеялся.

– Конечно, можешь звонить со дна когда угодно.

Я смутился.