Страшнее смерти

Клифу часто хотелось умереть.

Когда ругались родители. Когда материл дед. Когда долго не забирали из детского сада. Когда дворовые мальчишки валяли его в грязи.

Умереть хочется.

Когда чувствуешь, что никому не нужен – просто путаешься под ногами. Когда знаешь, что боишься любого, кто хоть чем-то сильнее тебя.

Когда понимаешь, что выхода нет. Когда веришь, что это никогда не закончится.

Осень – мерзкое время. Позапрошлогодняя осень – особенно.

Казалось, солнце покинуло этот город навечно, и небо над головой – серое ватное одеяло.

Ветхое. Опостылевшее. Ударивший на пару дней в конце сентября бесснежный мороз, вмиг сбил всю листву с деревьев. Кто сказал, что осень – золотая? Она безликая. Она голая. И пахнет она сыростью из могилы. И прохожие, как мертвецы.

Кофе не бодрит. Куртка не греет. Закуришь – кашель.

Он ждал окончания школы. Верил – всё изменится. Оказалось, зря.

Институт. Когда Клиф отвечал перед аудиторией, начинался цирк. Он смущался, боялся, сбивался, выходила полная ерунда.

Все смеялись.

Студенческая вечеринка. Если Клиф трезв, он сидит молча в сторонке. Это с Хмырём, он может быть смелым, без комплексов. Только с ним. Если он напивался – опять начинался цирк. На следующий день, хотелось умереть. Уже от стыда. Все смеялись.

22 года. Девственник. Проблема решается легко. Купи проститутку, и твоё дело в шляпе. Проблема решается очень легко. Но не для таких, как Клиф. В это трудно поверить, но он был убеждён, что даже проститутка с ним не станет.

Понимал, что бред, но всё равно был убеждён. Как-то попробовал. Руки дрожали, как у запойного алкаша при жутком похмелье. Девица возьми и брякни: «если у тебя не встанет, я не виновата». Он сказал ей: «я, пожалуй, пойду». Она сказала ему: «Иди, но деньги всё равно заплати – ты занял моё время». Он заплатил и ушёл.

Через день случилась студенческая попойка. Он снова напился. Он напился и ляпнул про этот случай. Все смеялись.

На следующее утро не хотелось жить. Так, как никогда раньше.

Родители снова расходятся. Они всё время, то сходятся, то расходятся.

Ты – объект насмешек. Ты – мишень для приколов. Ты никогда не сможешь с женщиной. Ты никогда не пойдёшь к психологу. Ты – притча во языцех. Ты – Ботан.

Но проходит неделя-другая, и ты начинаешь думать, что всё когда-нибудь переменится. Что всё когда-нибудь у тебя ещё будет. Не верить, только думать. Но и от этого становится легче.

В ту злосчастную осень всё затянулось.