Казино Ривьера

 – Они приехали сюда не для того, чтобы слушать вашу ругань.

– Ваша правда мистер Морелли, уже не терпится узнать зачем нас вызвали, – сказал Джордж.

– Так и быть, удовлетворю ваше любопытство, – Морелли снял тёмные очки и положил их на стол. – Вчера был арестован наш бывший, скажем так, коллега.

– Зная ваших «коллег», выйдет он нескоро, – перебил Бишоп.

– Вот, для этого вы мне и нужны, – голосом преисполненным радушием, ответил Морелли.

– Дайте угадаю, нужно вытащить его? – спросил Джордж.

– Нет, вы плохо меня слушаете, – улыбнулся Морелли. – Я же сказал, что коллега бывший, – итальянец выдержал секундную паузу, – Вам нужно убрать его и как можно быстрее.

Для Джорджа время словно остановилось. У него был опыт в совершении преступлений, но убийство… Убийство было для него чем-то ужасным и непреодолимым, то, на что в здравом уме он никогда бы не пошёл. Джордж начал представлять, как будет предлагать тюремной охране «прогуляться», как он вставит ключ в замочную скважину камеры и дверь отворится, оставив его один на один со спящим узником.

– Эта шавка, Марио, крысёныш начал стучать на нас, придушил бы его собственными руками! – громкая реплика амбала вывела Джорджа из глубоких раздумий.

– Франко, для такого человека как Марио, удушение – это слишком гуманно, – обращаясь к амбалу произнёс Морелли.

– Вы самая известная мафия в городе, у вас всё куплено, а про ваши дела известно абсолютно всем, что он может рассказать такого, чего полиция ещё не знает? – спросил Джордж.

– Тот баллон, который мы занесли – новый наркотик, называется «яблоко Эдема». Уникальный продукт на рынке с огромным потенциалом. С ним мы поставим на колени весь наркобизнес Америки. А Марио, скажем так, имел отношение к производству, поэтому нам не нужно, чтобы настолько ценная информация попала не в те руки.

– Боитесь, что в полиции узнают про новое вещество на рынке? – спросил Джордж.

– Хуже – об этом могут узнать наши конкуренты. Вы думаете, мы одни подкупаем сотрудников правопорядка? – усмехнулся Морелли.

– Тихо, слышите? – спросил третий из компашки Морелли. Всю беседу он простоял молча возле двери, поэтому находящиеся в комнате невольно забыли о его существовании.

Наступила тишина. Секунд десять все сидели и молчали, вслушиваясь во всё окружающее их пространство.

– Бак, ты про что? Я ничего не…, – Морелли прервала оглушающая автоматная очередь, доносившаяся из открытого окна.