Заветы волхвов: нити судьбы

Лес наседал то с одной, то, с другой стороны, он казался необычайно густым и опасным, к тому же на протяжении всей дороги я слышала запах гнили, как от упыря, которого встретила, когда попала сюда. Возникало ощущение, что день не приходит в тьму этого леса и все его жители погружены в глубокий сон. Мои спутники не говорили со мной, наверняка боясь меня как-то смутить или отвлечь. На самом деле я нуждалась в их словах, мне нужна была поддержка, слова одобрения, но с другой стороны я могла потерять то слабое чувство провидения.

Погода была пасмурной и в воздухе кроме гнили чувствовался запах озона. Яркая зелень деревьев и травы тускнела в такую погоду и будто все вокруг шептало об опасности, о том, что мне стоит быть осторожнее, и даже волхвы находились в напряжении, хотя они сильны и опытны. Сначала мы гнали лошадей, потому что мне не терпелось добраться до храма, так устала жить в лесу, мыться в речке и спать на сырой земле. Однако по происшествии нескольких часов пути лошади устали, а я больше не могла сидеть верхом и нам пришлось сделать привал.

Мы развели костер и заварив какие-то дикие травы, устроили себе чаепитие с остатками еды, которую мы собрали в дорогу.

– Красотка, так ты угробишь лошадей. До храма отсюда два дня пути, быстрее нам никак не добраться, разве, что на ступе. Но ты не Баба-Яга и не умеешь летать, – попытался разрядить обстановку Радомир.

– Простите, я так волнуюсь и лес меня пугает. Там, где мы жили в лесу, было спокойно и светло, а здесь тьма со всех сторон от которой у меня мурашки по коже.

Если на нас нападут, то вам придется защищать меня. И я не прощу себе, если вы пострадаете, – возникало ощущение подавленности.

– Ты определенно не похоже на других волхвиц, в тебе так много доброты и света, боги проявят жестокость, если сразу отправят в их храм. В будущем каждый князь, воевода или боярин будут просить твоей руки, если ты конечно не найдешь своего жениха, – сказав это Ярослав, многозначительно посмотрел на Радомира.

Последнее, о чем мне хотелось думать, так это о том, как кто-то будет просить моей руки, меня била мелкая дрожь, отчаяние заполняло мою душу. Впервые мир, окружавший меня, казавшийся мне доныне идеальным, заставлял меня нервничать. В голове крутились мысли, а что если я не смогу отыскать дорогу, то застряну где-то на перепутье, просто умру и никто не вспомнит обо мне. Боюсь, что в какой-то миг мне придется смириться с тем, что суждено.