Жених и невеста. Отвергнутый дар

Она коснулась очков, поправив их, слегка пожала плечами.

– Признаюсь, они меня купили. Я поверила, разволновалась, сама отвела к медсестре. Да вот, спросите Валентину, она все видела. Верно?

Полная добродушная Валентина Николаевна кивнула, поджав губы. Симулянтов никто не любит.

– Верно, Светлана Васильевна. И привела, и даже уложила. Вот, значит, как… Купили? Почему?

– Потому что Александр Рифф – идет в комплекте с Юлией Анисимовой, и никак иначе. И если, повторю, если по какой-то причине это была не болезнь, то действовали они вместе, – завуч приподняла ладонь, словно собралась еще раз прихлопнуть.

Медленно положила ее на стол, досадуя на себя за несдержанность. Собеседники молча ждали продолжения, завуч вздохнула и улыбнулась.

– Произошедшее, если они нас обманули, – Светлана Васильевна подчеркнула сказанное паузой, – если это так, то мы примем меры. К обоим. Это недопустимо! В конце концов, где бы ни работала его мать, какую бы должность там ни занимала – никому не позволено делать из школы посмешище.

– А Анисимова?

– Что – Анисимова, Софья Андреевна?

– В чем она виновата? Все это явно не её идея, Юля просто помогала, – учительница усмехнулась, – а как же иначе.

– Вот за это и пострадает! – в голосе завуча прорезалась неприятная металлическая нотка, – в конце концов, лично мне уже давно надоело это "вам и не снилось" на глазах всей школы. Может, призадумается. Девятый класс – не шестой, пора взрослеть. Того и гляди, натворит уже не детских глупостей, а школе расхлебывать.

Четыре года это тянется, не пора ли за ум браться?

Металлические нотки исчезли на последних словах, сменившись невольной задумчивостью, завуч посмотрела на высокую «старорежимную» дверь учительской, которую несколько минут назад аккуратно закрыла за собой помянутая Юлия Анисимова. Вот же нахалка. Мать Риффа вне досягаемости, снова одна из ее таинственных командировок. Сам виновник торжества отмалчивается дома, не ответив на звонок. Пришлось вызвать Анисимову, надо же узнать хоть что-то.

Техничка нашла ее в укромном уголке под лестницей, что-то рассказывала ахающим подружкам. И нет, чтобы минутку тихо постоять, послушать. Сразу передала просьбу явиться в учительскую. Заставь дурака богу молиться… И явилась, сознавая свое полное право говорить от имени парня, словно – кто? Подруга, жена? Ишь, стоит, выпрямившись во весь свой невеликий рост. Не поощряемая школьным распорядком челка старательно заколота шпилькой.