Выбор. Иное

Берта взяла меня за руку и потерлась щекой о щеку, закопавшись глубже в одеяло. Очень забавная манера зарываться в одеяла и подушки, уже ее усвоил и она мне очень нравится.

– Я позавчера ей рассказала, что мы с тобой решили обвенчаться и все теперь будет хорошо.

– Берт…

– Нет, конечно, я ей не рассказала всего. Только это.

– Хорошо.

– Нет, это не совсем хорошо, получается, мы ее обманываем, но иначе ведь нельзя. Да, Клайд?

– Да.

– Она очень за меня обрадовалась и когда я сказала, что мы решили венчаться в Олбани, сказала, что хочет быть моим свидетелем, если я не против, конечно.

– Все это отлично, но мы же едем на два дня и выходит, она все время будет с нами?

Наверное, мое лицо уж слишком выдало мои чувства, потому что Берта покраснела, поняв, о чем я подумал.

– Нет, нет, ты дослушай. У нее в Олбани родные, ей есть где там остановиться, и она будет с нами только на церемонии, ну и потом мы же можем с ней увидеться, погулять немного, разве ты будешь против?

Услышав это, я стал совсем не против и даже всецело «за».

– Значит, все решили и завтра едем втроем?

Роберта хитро на меня искоса посмотрела и рассмеялась.

– Глупенький, Ольга уже в Олбани и встретит нас на вокзале. Она уехала сразу после работы вечерним поездом.

Моя малость обалдевшая физиономия Берту изрядно позабавила.

– Милый, она отлично понимает, что мы хотим побыть вдвоем. Это она все так придумала, чтобы нас не стеснять.

Да, Ольга Мещерская, спасибо тебе за все. За Роберту, которую ты спасла в тот отчаянный страшный день. За день завтрашний тебе тоже спасибо. Я твой должник. Навсегда. Знай это.

На часах почти три ночи, как же быстро летит время, когда мы вместе…

– Берт, подъем. Пошли отведу тебя домой, поспи хоть немного.

– Клайд, хочу с тобой остаться, не хочу уходить.

– Я не хочу тебя никуда отпускать, но как ты утром незаметно отсюда выйдешь? Давай, пошли.

Роберта тяжело вздохнула и стала одеваться. Спохватилась, полезла в сумочку и достала маленький сверток, протянула.

– Что это?

– Деньги, я откладывала. Сто двадцать долларов, это все, что у меня есть.

Таким доверчивым жестом мне их протягивает, как мужу, как тому, кто не обманет, не предаст. Всего лишь деньги. Но сколько говорит этот небольшой жест… Глаза подозрительно защипало, отвернулся, чтобы она не увидела, и положил сверток на стол.