Выбор. Иное

Ничего, бывает… Оба сделали вид, что ничего не было сказано. Берта поспешила вернуться к разговору, увидел, как она досадливо закусила губу.

– Что было дальше?

– Не устала, спать не хочешь?

– Нет, я хоть всю ночь буду слушать, – шепот горячим дыханием щекочет ухо.

Сердце захлестывает волна такой нежности, что чувствую настоящую боль. Солнышко мое, все будет хорошо, обещаю. Последние слова безотчетно прошептал вслух.

– Милый мой незнакомец, пришедший неведомо откуда, – негромкий голос Роберты эхом прозвучал в ночной тишине, – я не знаю твоего имени, не знаю кто ты, не знаю сколько тебе лет… Только чувствую, что ты меня намного старше.

Роберта замолчала, вздохнув.

– Ты боишься меня?

– Иногда боюсь. Правда.

Взъерошил ей волосы и усмехнулся, заглянув в лицо, причудливо измененное полумраком и тусклым светом уличного фонаря из окна. Роберта улыбалась и глаза ее таинственно искрились.

– Я люблю тебя, Клайд, мой настоящий и единственный Клайд.

И снова время потеряло счет, провалившись между нашими слившимися губами, дыхание Роберты участилось, она тихонько простонала и я почувствовал, как ее ладонь вдруг уперлась мне в грудь.

– Милый… пожалуйста…

Я кладу голову ей на плечо и она ласково гладит волосы, лицо, проводя кончиками пальцев по губам, целую их один за другим, а она их снова и снова подставляет под ласку.

– Прости, пожалуйста, я…

Берта останавливается, не находя слов. Накрываю ее губы пальцем.

– Шш, родная моя, не надо. Не за что просить прощения, я и сам… Все хорошо и всему свое время. И у нас его – полно впереди. Да?

Слышу, как Берта тихо вздыхает в ответ.

– Ты правда не сердит на меня?

И такая нежность и забота в ее голосе…

– А вот сейчас как тебя отшлепаю! – произношу это нарочито грозно, – а ну ложись на живот! Ух, как я зол!

Роберта захихикала, но на всякий случай вцепилась в рубашку, готовясь защищать угрожаемую территорию. А я шутливо протянул руки, скроив ну очень страшную рожу.

– Ай! Клайд! Ну перестань сейчас же!

И со смехом шлепнула меня по рукам.

– Тсс, сейчас хозяев твоих разбудим!

– А ты не лезь с лапами! – и Берта в изнеможении откинулась на подушку, сотрясаясь от смеха, – рассказывай, куда ты потом пошел, от фабрики.

– От фабрики я пошел…

Этот небольшой газетный киоск приметил еще в первый ночной поход по Ликургу.

– Дайте, пожалуйста, что-нибудь с разделом объявлений.