Иной. Книга 4. На три фронта. Часть 2

Лес валить все могут, а вот обрабатывать его, тем более, изготавливать из него более сложные предметы… Мало кто может, но я уже занялся этим вопросом, собрал примерно с десяток ящеров и лично обучаю их всему тому, что знаю сам.

– Хорошо, – кивнул я, а потом переключился на Леголаса. – Твои постоянно докладывают, что на границах и подступах к нашим землям всё спокойно и нет никаких причин для беспокойства… Вместе с этим я заметил, что недавно десяток твоих рейнджеров ушли на перерождение, а трое обрели новый уровень мастерства… Почему они обманывают?

– Если с угрозой рейнджеры способны разобраться сами, – начал докладывать Леголас, убрав свои лапы за спину, почти целиком скрыв свою морду под кожаным капюшоном эпического доспеха, который Кожевар и Дархан изготавливали по его индивидуальному заказу, – то они не воспринимают случившееся как угрозу.

Если сил у рейнджеров будет хватать только на сдерживание, то я им дал установку, чтобы просто запрашивали подкрепление, спрашивая разрешения на то либо у Майнера, либо у Пони.

– Пони? – посмотрел я на, в основном, молчаливого игрока, который старался использовать эффекты своего шлема по максимуму. Кстати, его шлем оказывается, как и моя алебарда, тоже мог получать уровни, из-за чего он становился многократно сильнее.

«Всё так, как он говорит. Всё только с моего разрешения по согласованию с Майном, если он в логове», – спустя какое-то время написал Пони на листке бумаги, передав его мне.

Каждый раз мне хотелось ударить рукой по лицу, ибо ему можно просто отключить эффект шлема и говорить нормальным голосом… Но он, по всей видимости, решил так показать всем, что может молчать веками.

А у всех появилось жгучее желание разговорить этого арбалетчика, но ни у кого так и не получилось.

– Хорошо… – кивнул я, а потом посмотрел на Элиз. – Что с тренировками?

– Всё штатно, – ответила девушка, стоящая в латных облегчённых доспехах. – У всех руки из одного места, но уже могут держать оружие с нужной стороны…

– Обнадёживает, – усмехнулась Матриарх, посмотрев на Элиз.

 – Иной, у меня просьба. У женщин, которые не могут иметь потомство, возникают трудности с мужчинами. Они не понимают, что бесполезно проявлять ухаживания к ним. С потерей данной функции… Нам становятся безразличны отношения.

– Это почему? – приподнял я одну бровь, слегка отстранив голову назад. – Вот прям совсем не тянет?

– Нет, – грубо сказала ящеролюдка, скрестив руки на груди. – Не хотим.