Изгой. Откровение

Насколько это всё затянется, я точно сказать не смогу. Никто не сможет. Ибо руины сами по себе опасны, а найти наименее опасное место в них – та ещё задачка. Но у меня один раз вышло. Много раз выходило у моих родителей. А что было больше трёх раз – уже система.

Когда я вернулся в палаточный городок, то внезапно обнаружил, что он вполне живой. Здесь было много воинов, все гуляли, скоро им идти в поход, если пораскинуть мозгами. А сейчас им дали отдохнуть по полной. Где-то слышен хохот и не только мужской, где-то – звуки страсти, где-то орали песни всех времён, каких только можно.

Даже несколько современных было, кто-то же всё придумывал их на старости лет, если доживал.

Но мне всё это было не интересно. Я хотел спать. Этот день был очень сложным, морально, физически… я просто вымотался. Больше всего сказались последние события. Сначала пытка, которая вымотала во мне мою человеческую составляющую, хотелось отмыться, хотелось просто залезть в ванну и не вылезать из неё часов пять, а потом пожар в том постоялом дворе.

Да, может, я был и не виноват, но всё же по определённым причинам официантка из-за меня попала в то место, из-за чего я подсознательно брал вину на себя.

Лишь бы сон был спокойным… лишь бы ничего хренового не произошло…

* * *

Шёл двадцать седьмой день после падения астероида на планету. Пелена над ней частично спала, открывая выжженные, мёртвые земли под собой. Зрелище было страшным. Некогда родной дом превратился в руины, в мёртвую сплошную пустошь. Но была надежда.

Вода не испарилась в этом огненном аду. Не вся.

– Основной удар пришёлся по Северной Америке и Африке, судя по датчикам со сканеров наших орбитальных станций! – стояла молодая девушка за спиной того, чьими глазами я сейчас осматривал тот мир, мой мир, но мёртвый. – Остальные континенты пострадали очень сильно. Никто не смог бы выжить в таком аду. Даже если и выжил, то пропитания надолго не хватит ни в одном бункере, а на поверхности нет никого. Есть вероятность, что в Гималаях и в Уральских горах, в глубоких убежищах, есть выжившие.

Но, по нашим прогнозам, они не продержатся больше двухсот лет. Не хватит запаса прочности убежищ. Да и люди постепенно начнут сходить с ума без света солнца.

– Провести сканирование поверхности, – глубоким, мудрым и очень спокойным голосом говорил человек, внутри которого я был, – нам надо убедиться в том, что поверхность мертва окончательно. После, Кира, необходимо провести анализ возможностей терраформирования.