Изгой. Падение

В щите закончились, в копье оставался всего один заряд. Как покину аванпост, придётся топать на базу, а то могу не пережить особо трудной схватки, которые последнее время меня начали преследовать.

– Ужин! – послышался мелодичный голос из-за двери.

– Спасибо, заберу чуть позже! – крикнул я в ответ и направился в ванну, сбрасывая с себя свою хлопковую и порядком изодранную рубаху.

Я хотел просто банально умыться. Во время последнего боя я довольно часто падал, кувыркался, прыгал, бродил среди облаков пыли… так что лицо моё сейчас было не особо свежо.

Только повернул скрипящий вентиль крана, как выскочила очередная подсказка Киры о необходимости заменить деталь. А то скоро его могло прорвать. Кира, сканировала всё, что могло представлять мне угрозу, но иногда её заносило.

Я подставил ладонь под струю воды, которой после сполоснул своё лицо. А после ещё несколько раз.

Закрыв воду, я потянулся к белому, что меня всегда удивляло, полотенцу и спокойно вытерся им. Что-что, а бельё тут всегда было чистое, где-то в столице клана наладили производство стирального порошка, из-за чего люди могли ходить в чистых одёжках.

Ну и я им иногда у них затаривался, самому производить его было очень проблематично.

Вытерев лицо и повесив полотенце на вешалку, где оно покоилось и ранее, я взглянул на отражение в старом овальном зеркале. Уставшие голубые глаза на покрасневшем от той же усталости лице. Оба моих виска украшали вживлённые титановые пластины, что вели от середины крайних третей лба к скуле.

С правой стороны на такой пластине имелся индикатор, показывающий подключение к системе Изгоев. Сейчас он светился синим, что означало наличие подключения. Это больше служило для самообороны и идентификации, нежели для какого-то практического применения. При необходимости, мы, Изгои, могли подобные лампочки отключать.

Скулы были у меня широкие, несколько островатые, но с впадиной на уровне глаз, ноздри широкие, брови густые, лоб высокий, надбровные дуги были сильно выдвинуты вперёд, тем самым утапливая глаза внутрь черепа, подбородок несколько выпирал вперёд.

А ещё на моем лице сейчас красовалась короткая бородка, которую следовало сбрить или подровнять. Инструментов для того и другого у меня, понятное дело, не нашлось.

Ещё один полезный имплант сидел у меня в ушах, позволяя различать даже самые тихие шорохи, если настроить их на нужный уровень шума. Во время боя слух не без помощи Киры становился как у обычного человека, а то бы я мог оглохнуть.