Босиком по стеклам. Книга 2

– Некоторые молодожены готовят свои клятвы – те, что хотят дать друг другу здесь и сейчас, – торопливо поясняет свадебный министр. Ангел переводит на меня смущённый взгляд. Она наверняка бы хотела отойти от сценария, но свои главные слова, которые я хотел услышать, она уже сказала мне несколько минут назад.

«Возможно, завтра для «нас» никогда не наступит. Но сегодня я буду с тобой.»

Лучше и не придумаешь. Я тоже не могу пообещать ей светлое завтра, а красиво лгать в такой момент даже такой поддонок, как я, считает последним свинством.

Но тем не менее мне есть что сказать. Потому что она ждет, а я хочу, чтобы она понимала, хотя бы отчасти понимала, во что ввязывается. И по хрен на то, что время на подумать я ей намеренно не дал, и никакого даже иллюзорного выбора у Пикси нет. Она заслуживает искренности с моей стороны.

– Все клятвы, которые я готов дать, отпечатаны здесь, ангел, – сжимаю руку напротив сердца так, чтобы Пикси видела мои костяшки со своим именем. – И здесь, – прижимаю кулак к грудной клетке.

 – Я нахожусь здесь, с тобой, только по одной причине, – продолжаю я, и в ее глазах, неотрывно прикованных к моему лицу, собираются слезы. – Не существует в мире другой женщины, с которой я хотел бы стоять рядом над пропастью, держась за руки. А теперь скажи мне «да», ангел, – мягко требую я.

– Да, – Пикси бросает короткий взгляд на церемониймейстера и, получив поощрительный кивок, снова смотрит мне в глаза. – Клянусь любить тебя в горе и в радости, в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии, и даже смерть не разлучит нас.

– Никогда не разлучит, – обещаю я и, стиснув ладонями тонкую талию, с жадностью впиваюсь в губы, так и не дождавшись разрешения министра.

– Самое время для поздравлений, – объявляет наш многофункциональный пилот. – Теперь вы официально муж и жена, – торжественно произносит рядом с нами.

– Вот и все, мой маленький Пиксель, – отрываясь от губ Энжи, триумфально улыбаюсь я и, не отводя от нее взгляд, обращаюсь к церемониймейстеру.

 – Где нам расписаться?

Анита пихает нам свою папку и ручку, тыкая пальцем, куда ставить росчерк. Ангел подписывается, даже не глядя в документ, иначе у нее наверняка возникли бы новые вопросы. Для нее все происходящее – романтическая постановка, с недавних пор вполне вписывающаяся в ее новое представление обо мне.

– Это так мило, Брейн, – подтверждает она мои домыслы страстным поцелуем, от которого у нас обоих рвет крышу.