Не он

 – Извини, ладно? Ты фантастически выглядишь…

Чужие губы оказываются на ее шее, и застигнутая врасплох хозяйка дома застывает в полной прострации. Влажное настойчивое прикосновение языка к бьющейся вене посылает очередной взрывной разряд в мозг.

Этого просто не может происходить!

Она спит. Уснула в ванной или бредит.

Или спятила.

– С годовщиной, Эль, – обдав нежную, покрывшуюся от тревоги мурашками кожу горячим дыханием, хрипло произносит незнакомец. – Мне нравится. Каждый день встречай меня так.

 – Грубоватые пальцы бесцеремонно забираются под резинку кружевного белья, нагло тиская женскую ягодицу. – Ужин потом. Сначала хочу тебя, – заявляет чужак, прижимая парализованную ужасом Эль к своему телу.

В горле начинает что-то клокотать, она чувствует подтверждение услышанных слов. Безумный страх быть изнасилованной каким-то психом в годовщину свадьбы с мужем срабатывает отрезвляющим образом, возвращая способность мыслить. Резко отпрянув назад, Элинор с силой бьет мужчину кулаками в грудь.

Неожиданный маневр срабатывает, и чужак отпускает Эль, феноменально изображая удивление.

– Хорошо, давай поговорим. – В знак капитуляции хладнокровный ублюдок поднимает вверх открытые ладони. – Успокойся, ладно? – тон его голоса меняется, оказывая на женщину гипнотическое парализующее влияние. Она вдруг ловит себя на желании кивнуть ему в ответ, а это уже полное безумие. Скрестив руки на груди, Эль пятится к столу с зажженными свечами, ни на секунду не выпуская опасного незнакомца из поля зрения.

Ее первоочередная цель – добраться до заготовленных к праздничному ужину приборов. Нож или вилка. Подойдет что угодно. Задев ногой что-то мягкое, она быстро наклоняется, поднимая с пола свое злосчастное платье, и кое-как прикрывается от настойчивого мужского взгляда.

– Все в порядке, Эль? Скажи мне, что случилось? – Выражение лица незваного гостя выдает обеспокоенность. – Что тебя напугало, милая?

Милая? Она готова поклясться собственными детьми, что никогда раньше не видела этого человека.

– Ты получила мои цветы?

Эль непроизвольно оглядывается. В центре стола красуется ваза с огромным букетом белых роз и запиской, спрятанной среди благоухающих бутонов.

– Спасибо за то, что ты однажды вошла в мою жизнь. Я люблю тебя, – слово в слово цитирует незнакомец.

Элинор Хант обдает волной жара, от гнева и ярости горит лицо, в то время как ладони ощущаются ледяными и липкими от холодного пота.