Босиком по стеклам. Книга 1

То, о чем она грезит и фантазирует, лаская себя по ночам, представляя мои пальцы вместо своих, рано или поздно случится, но вряд ли реальность хотя бы частично совпадет с ее ванильными ожиданиями. Настанет день, когда она готова будет бежать от меня босиком по битым стеклам, но я ей этого не позволю. Игра зашла слишком далеко, я четко и ясно осознаю риски, но останавливаться не намерен.

Не стоило ей подходить ко мне три года назад в саду Саадатов. Тогда у нее был шанс не попасть в зону моего особого внимания.

Теперь слишком поздно. Я втянулся и не отступлю.

Тебе не убежать от меня, детка.

– Не говори со мной так, словно я твоя младшая сестра, – сексапильная блондинка снова капризно надувает губки. – И мне давно пора сменить прозвище.

– У меня нет младшей сестры, – смеюсь я, сунув руки в карманы джинсов, незаметно оттягивая ткань вперед, чтобы уменьшить давление взбунтовавшегося члена. – А Пикси – идеально тебе подходит, детка.

– Ничего поромантичнее придумать не мог? – недовольно хмурится девушка, понятия не имея, как влияет на мой организм наша «невинная» болтовня.

– Я программист, Энж, – ухмыляюсь я, удерживая ее взгляд на уровне своих глаз. Если она посмотрит ниже, ситуация выйдет из-под контроля. – Я и романтика – понятия несовместимые.

– Ты будешь в пятницу на «Саботаж»? – она резко соскакивает с одной темы на другую, решив максимально продуктивно использовать отведенное время. Я бы предложил вариант поинтереснее, но не в этот раз.

Пару месяцев назад чуть не сорвался, но мне хватило выдержки спустить деликатную ситуацию на тормозах. Я тогда только вернулся после длительной рабочей поездки в Атар (от авт. соседняя арабская страна). Энджи жутко соскучилась и бросилась мне на шею с импульсивной непринужденностью. Сам не понял, как мои руки оказалась на ее заднице, а ногти Энджи под моей кожей, наши губы разделяли считанные миллиметры, моя эрекция упиралась в ее живот, и в распахнутых бирюзовых глазах светилось неприкрытое возбуждение. Я мог сделать с ней что угодно – она бы не отказала, но на тот момент Анджелине еще не было восемнадцати, и это понимание меня вовремя отрезвило.

– Что мне делать среди вырвавшихся из-под опеки родителей резвящихся деток? – склонив голову набок, без энтузиазма смотрю на вытянувшееся от обиды лицо.

– Пообщаться со мной! – возмущенно бросает она.

– Мы общаемся. Разве нет? – невозмутимо мучаю малышку.