В самое сердце

Начальник охраны опустил глаза, заметив ошарашенный взгляд Майкла, которым он обводил многочисленные клетки, подвешенные над столами в огромном тускло-освещенном зале; вызывающая самые дикие предположения, дыба у стены; цепи, наручники и многое-многое другое, предназначенное не для мирного отдыха, а для садистских, извращенных удовольствий.

– Я не мог вмешиваться в это, – проговорил начальник охраны, когда взгляд Майкла остановился на нем. – Нам сюда…

Он указал на лестницу, застеленную бардовым ковром, ведущую наверх.

Майкл остановился, оборачиваясь и снова оглядывая пыточный зал. Что же ждет его наверху?

Длинный коридор с таким же тусклым освещением, что и внизу, ряд комнат, похожих, на номера гостиницы. Закрытых, слава богу. В оглушающей тишине вдруг раздался плачь или вой. Разделить эти два звука было невозможно. Майкл потрясенно и вопросительно посмотрел на своего проводника, чьи черты лица заострились. Крики и стоны усиливались. Несомненно, плакали женщины, хотя пару раз проскальзывали и мужские голоса.

Немой вопрос в глазах Майкла заставил невозмутимого Брэда покрыться пятнами.

– Это здесь, – он распахнул одну из комнат, пропуская Майкла внутрь. Молодой человек инстинктивно прикрыл нос. Металлический запах, смешанный с алкогольными и наркотическими парами, вызвал приступ тошноты, и Майкл едва сдержался. Предстояло увидеть худшее....

Великий и ужасный, несгибаемый Алан Гетти лежал на огромной кровати абсолютно голый, раскинув руки и ноги с выражением изумления и злобы на лице.

Застывший взгляд, погруженный в никуда, посиневшие губы, и пропитанные кровью простыни. Все-таки это правда.... Алан Гетти умер. Но даже в смерти умудрился переплюнуть всех и вся. Еще десятки лет об этом дне будут ходить легенды в узких кругах приближенных и доверенных лиц авторитетного властного и могущественного человека. Майкл отвернулся, опустив глаза в пол.

Ему было стыдно. Вместе с болью утраты пришла злость и обида. Непонимание. Осуждение. Скорбь. Беспомощность.

Ему придется разгребать все, что наворотил Алан Гетти.

Нести ответственность.

Черт побери, дядя считал себя благодетелем. Ангелом Божиим, уникальным шансом для племянника. И верил в это.

Но глядя сейчас в мертвые глаза Алана, Майкл понял, что на самом деле дядя лишил его шанса на нормальную жизнь и собственный выбор. Хотел ли Майкл такой жизни?

Вряд ли. Ему нравились деньги и удовольствия, которые они давали. Но не путь, которым Алан их зарабатывал.