Молодые боги

Или, по ощущениям, моя голова может прямо сейчас буквально взорваться в попытке осмыслить происходящее.

– Ты же знаток, – на ходу склонила голову принцесса, даже не замечая моих внутренних терзаний. Или просто не обращая внимания.

– Аэций, – ответил я, даже не раздумывая над вопросом – постепенно отходя от мешанины мыслей.

– Красс или Спартак?

– Красс, конечно, – даже чуть удивился.

– Октавиан или Антоний?

А сейчас несколько задумался.

– Ну? – поторопила меня незнакомка.

– Антоний.

– Цезарь или Помпей?

– Брут, если есть вариант.

Помпей плохо кончил.

– А Брут хорошо? – смешливо подняла бровь принцесса, но почти сразу лицо ее изменило выражение. – Так ты республиканец? – разочарованно протянула она и закатила глаза: – О боги, с кем я связалась!

– Кассий Херея или Луций Катилина? – поинтересовался я в свою очередь, постепенно стараясь отстраниться от происходящего и словно принимая правила игры.

Девушка покачала головой, недоуменно глянув, но вдруг озорно сверкнула глазами.

– Держи в уме, сейчас будешь имя выбирать.

«Какое имя?» – вопрос я задал только мысленно, потому что очередной узкий – едва шире плеч – проулок уже вывел нас на небольшую пустую площадь, в центре которой расположилось одинокое приземистое строение. Нехарактерное, чужеродное окружающей городской архитектуре: грубые прямые линии, крупные блоки, – по духу здание напоминало египетский храм. По мере приближения едва чадящие над крыльцом факелы самопроизвольно загорелись ярче.

Точно, египетский стиль – рассмотрел я отблески огня на характерном орнаменте и лишь потом задумался о странном поведении факелов.

Стоило нам зайти на крыльцо, как из темноты вынырнули два стража. Я вздрогнул – ощущение было, будто невидимые до этого, они появились прямо из грубой кладки камней. Принцесса не удостоила безмолвных стражей даже взглядом, и наша процессия из шести человек, сопровождаемая молчаливыми охранниками, двинулась прямо ко входу. Подхватив факел из специальной стойки, моя… (спасительница, провожатая, спутница? А последний ее удар? Ну уж точно не повелительница, в глазах ее иногда мелькает что-то неуловимо детское, как будто ей лет шестнадцать, не больше) двинулась внутрь.

Пламя ее факела самопроизвольно вспыхнуло, освещая прямой коридор. Оглянувшись на спутников, я двинулся следом, услышав за спиной дружные шаги.

Внутри было пыльно и душно. Пахло затхлостью и неприятно сладковатым ароматом гниения.