Райдзин. Проект Цербер

Это не мои руки.

– Да вы нахрен шутите! – не удержался я от комментария.

Пошевелил рукой. Не мое, но шевелится.

– Да нет, да ну нет, да ну как так-то? – у меня просто не находилось слов.

«Запомни это имя, потому что оно теперь твое».

Повернулся чуть-чуть, с трудом приподнялся. Тело слушалось с трудом, приходилось преодолевать болезненную слабость. Скинул с кровати ноги и чуть не упал, оттого что в глазах помутилось. Переждал, пока отойдет слабость, отклеил пластырь и достал из вены иглу капельницы.

На автомате согнул руку, чтобы кровь не текла.

В туалет хотелось все более нестерпимо, поэтому, все так же с трудом преодолевая слабость, поднялся. Осмотрелся. В палате четыре койки, но занята только одна – моя. Остальные пустые, без постельного белья. На мне просторная синяя больничная одежда. Тумбочка – пустая, в ней вообще ничего. Ни документов, ни телефона. Так, главное, чтобы мои вещи не замылили никуда. Хотя уцелела ли одежда и телефон после удара молнии, вопрос…

«Какая одежда и телефон, ау? Безымянный парень, ты теперь – Дмитрий Новицкий, эгей! Вряд ли у него был твой телефон из другого мира!»

У меня пока не получалось осознать, что произошедшее на поляне ритуала – не бред.

Думал и воспринимал реальность параллельно – как безымянный и потерявший память «я», которому просто привиделось что-то, и как оказавшийся в теле Дмитрия Новицкого новый «я».

Рядом с кроватью обнаружились резиновые шлепанцы-сланцы. Хорошо, хоть не босиком идти. Встал, оперся на штатив-стойки капельницы.

Она на треножнике с колесами, поэтому я взялся за нее и покатил к двери, используя как опору.

Вместе со стойкой – одна пустая банка неприятно позвякивала, вышел в безлюдный коридор. Свет тусклый, в коридоре пусто и никого не видно. Но в середине вижу негромкий свет – похоже, сестринский пост. Направился туда и по пути обратил внимание на электронный циферблат. Угловатые красные цифры в конце коридора показывали время: «21:09». Ну да, закатный час, все верно в плате догадался.

Сначала по коридору ковылял, но понемногу расхаживался – с каждым шагом силы стремительно возвращались.

До медсестры вообще дошел почти свежим и бодрым, как будто с каждым шагом часть свинцового груза с плеч сбрасывал.

Дежурная встретила меня взглядом голубых глаз. Круглое лицо, светлые волосы. Для Юго-Восточной Азии – где меня молния и настигла – совсем нетипичная внешность, здесь явно славянский типаж. И ни следа загара.

Невольно бросил взгляд на свои тонкие руки.