Необитаемый остров

Мы не чужие друг другу люди, более того, ты самый-самый дорогой мне человек и… что?»

– Что? – повторила она, услышав тихий голос своей дочери.

– Я в полицию пожалуюсь, – негромко, но четко повторила дочь, по-прежнему сидя возле стены и держа на коленях сжатые кулачки.

Анна закрыла глаза. Вдохнула, выдохнула, открыла глаза.

– И насчет чего же ты будешь жаловаться? – ледяным тоном поинтересовалась она у дочери.

– Что ты меня избила, – буркнула Ника, не поднимая глаз.

– Замечательно, – кивнув, покачала головой мать, спросив чуть погодя прежним ровным ледяным голосом: – А смысл этой жалобы будет в чем?

Ника молчала, поджав губы.

Звенящая тишина повисла в комнате. Только отвратно клубилась пыль в ярких солнечных лучах, прорезающих комнату поперек.

– Я в этом не очень разбираюсь, – пожала плечами Анна. Голос ее сейчас был ровен и спокоен. – Но уголовки точно не будет, на тебе ни царапины, – продолжила она, – даже на административку не тянет, хотя, может, я и заплачу какой-нибудь штраф.

Но не тебе, а государству. Тебя же направят к инспектору по делам несовершеннолетних, а он побеседует с тобой и, если сочтет нужным, передаст дело в отдел опеки. Сюда придут с проверкой, меня, думаю, вызовут на беседу, нашу семью поставят на учет. Куча головной боли и нервов. И максимум из всего этого – меня могут лишить родительских прав. Что? – снова Ника что-то сказала, но она не услышала что.

– И замечательно.

– Повтори, пожалуйста, что ты сказала, – попросила Анна после долгой паузы.

– Замечательно, – Ника резко повернулась, и мать столкнулась с прищуренным взглядом красных, заплаканных глаз.

– Хорошо, – кивнула Анна. Поднявшись со стула, она быстро прошла всю комнату и встала у двери, толкнув ее так резко, что та звучно ударилась о стену.

– Одевайся.

Ника не отреагировала – она вновь вернулась взглядом в пространство перед собой.

– Я тебе сказала, одевайся, – чуть повысив голос, произнесла мать.

– Зачем? – Ника не смогла сдержаться, и ее голос заметно дал петуха.

– Одевайся и проваливай отсюда. Можешь идти сразу в полицию.

– Никуда я не пойду. Это моя квартира.

Анна глубоко вздохнула.

– Одевайся, или я выкину тебя вон прямо сейчас.

Было в голосе матери нечто, от чего Ника ей поверила. Девушка фыркнула, поднялась, сбросила футболку, рванув так, что ткань треснула. Избавившись от спортивных штанов, она подошла к шкафу. Резко дернутая полка хрустнула, выходя из пазов, и упала на пол, рассыпав одежду.