Варлорд. Восточный пакт

Барон обернулся к проекции, которую начали заполнять фотографии юношей и девушек в форме разных учебных заведений. Это были самые разные юные лица, и как я не сразу заметил, с привязкой к появившейся схематической карте мира – география фотографий по всей планете.

– Любой одаренный может приглушить свой источник. Это практикуется по самым разным причинам, о которых мы с вами будем говорить позже. Среди стихийных одаренных элиминирование своего источника и возвращение к статусу обычного человека не несет никаких негативных последствий.

Это же, – широким взмахом показал на сонм лиц фон Колер, – все те, кто решил отказаться от изучения темных искусств. И все они погибли не больше чем через девяносто дней после принятого решения.

Как вы видите, география несчастных случаев охватывает весь мир. При этом к каждой смерти применимо выражение «неожиданно умер». Ни одно расследование, проводимое полицией стран Большой Четверки, не нашло доказательств того, что смерти наступали в результате умышленного убийства.

Судьба. Фатум. Рок. Называйте, как хотите. Автокатастрофы, пожары, несчастные случаи на горнолыжных склонах, самоубийства, гибель на аттракционах и просто глупые случаи смертей.

Вплоть до таких, как… Хуанита Иглесиас, – обернувшийся к проекции фон Колер показал на одну из фотографий с красивой латиноамериканкой, – в дождь ехала по серпантину, не справилась с управлением, и ее машина упала в горное озеро. Хуанита смогла выбраться из тонущего автомобиля, избежать опасности сошедшего селя и вышла к небольшой деревне.

Там она зашла в церковь помолиться о спасении и погибла под алтарем, который упал прямо на нее.

Дик Флектор, – показал еще на одну фотографию фон Колер. – Ехал в машине как пассажир. Водитель затормозил перед открытым канализационным люком, не справился с управлением и врезался в столб. На небольшой скорости. Флектор погиб от того, что во время столкновения со столбом ковырялся в носу. Сработавшая подушка безопасности вбила ему палец в мозг.

– Какая печальная история, – воскликнул со своего места Валера.

Проговорил со всем уважением, поэтому фон Колер не стал как-то пенять вновь рисующемуся гимназисту. Более того, профессор даже сложил руки в молитвенном жесте.

– Amen, – смиренно произнес фон Колер.

– Максимилиан Иванович, почему вы рассказываете об этом сейчас, а не до того, как дали время на обдумывание своей судьбы? – поинтересовалась Эльвира. Голос у нее был необычайно глубокий. Под стать внешности девы-воительницы.