Ночные кошмары! Забытая колыбельная

Вновь тишина. И тут папа Чарли начал храпеть в спальне рядом.

– Ну же, Иззи! – взмолилась ИНК. – Это очень важно! Мне нужно знать, что ты помнишь о папиной формуле!

Внезапно Чарли услышал шаги на лестнице за дверью башни. ИКК спускалась, чтобы побеседовать с сестрой.

Чарли начал красться по коридору, надеясь подслушать разговор. Но случайно задел плечом портрет одного из странных рыжеволосых предков Шарлотты, и картина свалилась со стены. Рама грохнулась об пол, и во все стороны полетели осколки стекла.

ИНК обернулась. В свете паяльной лампы на ее лицо было страшно смотреть. Под покрасневшими глазами залегли тени, а бледные щеки казались опухшими. Она выглядела так, словно долго плакала.

– Это ты, – произнесла она. – Мальчишка из школы.

Чарли выпрямился, изо всех сил стараясь выглядеть выше.

– Я здесь живу, – сказал он. – И моя работа – не позволить тебе открыть эту дверь.

– Моя сестра по ту сторону. Ты не сможешь мне помешать.

– Посмотрим, – Чарли сделал шаг к девочке и вскрикнул от боли: в его большой палец воткнулся осколок стекла.

Когда крик слетел с его губ, в спальне папы и Шарлотты зажегся свет. Чарли услышал скрип пружин и тяжелые шаги по половицам. Отец отправился на разведку.

ИНК, должно быть, тоже это услышала. Пока Чарли извлекал стекло из пальца, она побежала по лестнице. Мальчик не мог последовать за ней, не рискуя порезать ноги о битое стекло, поэтому нырнул в свою комнату и схватил кроссовки. Он быстро обул их и добрался до двери, когда услышал крик отца:

– Шарлотта, неси покрывало!

Он увидел отца наверху лестницы.

Лицо Эндрю Лэрда снизу было подсвечено золотом. Чарли не сразу понял, что происходит, а потом почувствовал запах дыма и услышал потрескивание пламени. Лестница лилового особняка горела, и огонь уже приближался к портрету Сайлеса Дешана на лестничной площадке.

Шарлотта выбежала из спальни, ее рыжие кудри торчали во все стороны. Она бросила отцу Чарли покрывало и побежала в комнату Джека за другим.

Эндрю Лэрд накрыл пламя толстой тканью и принялся хлопать по ней, когда Шарлотта подоспела со вторым покрывалом.

К тому времени, как наконец-то сработала сигнализация, пожар был почти полностью потушен. Чарли понял, что это значит. Если бы он не поранил ногу и не закричал, его папа мог не забить тревогу вовремя. Эта мысль напугала мальчика до полусмерти. Еще одна-две секунды – и пламя вырвалось бы из-под контроля. Лиловый особняк мог сгореть дотла.