Шизо и Зоо

Ведь раньше, когда я был заключённым, я думал, что человек свободен, но нет же, он такой же подневольный раб, как и животные в клетках. Живёт по правилам, по законам государства. Его дрессируют – он учится, получает профессию. Спустя некоторое время, возможно, обретает немного свободы, примерно тех самых заветных семь недель отпуска в году. В противном случае, не приобретя профессии, видимо, плохо прошла дрессура, не подчинился ритму жизни или просто не хватило мозгов, идёт на более тяжкую работу, обрекая себя на ежедневный физический труд с меньшим количеством выходных.

Не везде, но в принципе, от тюрьмы у них есть возможность откупиться деньгами – это огромный плюс в человеческой жизни. Если человек умный, умеет зарабатывать, придумывать что-то новое или изобретать, у тебя есть шанс на свободу во всех отношениях. Как в работе, так и личном пространстве. Но нужно быть предельно аккуратным и бдительным. На самом деле всё это шаткая теория и туманные перспективы. Единственное что в жизни точно – это смерть. На это можно поставить в споре все деньги – беспроигрышный вариант.

Глупые мысли придавали мне шарма. Я был ещё наивен. Хотя, как и все, считал себя мало того что взрослым, но и достаточно мудрым. Например, я в своём возрасте уже многое не делал бы из того, на что способен мой отец. Некоторые его поступки были для меня в какой-то мере детским лепетом, которые перечислять я даже не пытаюсь, их слишком много.

В Женевском аэропорту папа оставил машину на одном из этажей огромной парковки и пошёл оплачивать билет длительной стоянки.

Ведь почасовая оплата за две недели – вряд ли кому-нибудь по карману. Поэтому в аэропорту работает услуга парковки на длительный срок. Это самая дорогая парковка, которую я в жизни видел. За 14 дней отец заплатил 306 франков, грубо говоря – 300 баксов. Это считается, якобы, дешевле.

– Папа, почему мы не попросили маму нас отвезти?

– Я не хочу оставлять дома машину, сынок.

– А, понял. Ты боишься, что мама нажрётся и будет, как всегда, устраивать гонки по клумбам соседей?

– Ну, что-то в этом роде.

– Хм, ок.

Перед посадкой в самолёт, папа купил себе в дьюти-фри коньячка, мне шоколадку. Вернее, маленькую коробочку конфет «шпрюнгли» – разноцветные округлой формы. Это просто услада, а не конфеты, как они их делают – не понятно. Чистый, разрешённый в мире наркотик. Калорийные говняшки не оставляют никого равнодушными, возвращая сладкоежек автоматически обратно в магазин.