Царетворец. Волчий пастырь. Книга третья

После сорвал маску и, надавив на болевую точку за ухом, заставил его выпрямиться.

Ох ты боги, какие люди! – едва удержал я возглас удивления. Попавшимся нам на пути хранителем оказался уже знакомый мне служитель ордена из Хвойной заставы. Тот самый, которого жестко наставлял по необходимому порядку действий варгрийский полковник во время прорыва демонов. Похоже, из Хвойной заставы этого хранителя перевели сюда, в Северореченск – на тихое место, наверное. А здесь и сейчас жестокая судьба вновь подарила ему неприятностей в моем лице.

Интересно, кого из богов этот хранитель так прогневил?

Не теряя темпа действий и не размениваясь на сожаления этому неудачнику, срывая его болезненный крик, я хлестко зарядил ему пощечину, сложив ладонь жесткой лодочкой. Бил не очень сильно, но у подавившегося криком хранителя от удара даже зубы лязгнули. Это не сознательная жестокость – мне сейчас просто не нужно было, чтобы он лишний раз думал. Мне нужно было, чтобы он боялся, слушал и слушался. Поэтому и такая невежливость в обращении.

– Жить хочешь? – вновь не размениваясь на дежурные приветствия, поинтересовался я у хранителя.

Молчаливое мгновение и еще один удар заставил хранителя согнуться, а после, с очередным нажатием на болевую точку, с взвизгом разогнуться. Я в этот раз сознательно сделал ему уже очень больно, добавив через касание импульса силы Сияния. Так, чтобы хранитель наконец прочувствовал серьезность момента.

– Уважаемый, ты вопрос понял? Я спросил: жить хочешь?

– Хочу, – прохрипел он, опустив взгляд и все еще дрожа от испытанной только что боли.

Несильным прямым ударом я разбил ему нос. Не столько больно, сколько унизительно – чтобы не думал, что может со мной как равноправный участник переговоров общаться.

– Открывай портал в Северный Круг.

– В Северный круг невозможно…

Истошный визг хранителя, которого я вновь встряхнул импульсом силы, эхом раскатился под сводами зала. Боль от такого ощущением примерно та же самая, что для индигета касание адского пламени.

Только если индигет может боль хотя бы немного локализовать, контролируя свои энергетические каналы, то обычному человеку приходится терпеть ощущения того, словно по всем жилам течет разъедающая плоть кислота.

Короткий взгляд на Ливию, быстрое движение – и озаренные зеленым сиянием ладони легли на скулы хранителя. В глазах служителя ордена появилась чистая ясность мысли – целительница немного привела его в себя.

– Это был последний твой неправильный ответ.