Большая Срундя Срально Люта Изворог Третий

За её пределами одни лишь букашки… Я раздавлю любого, кто осмелится назвать себя правителем Дикого мира… Я избранный правитель… Сам бог Агадуга сказал мне об этом… Или ты сомневаешься в этом…

– Я не сомневаюсь. Но… Как это бог мог сказать тебе об этом…

– Хаахахахаааа… Глупая ты дурочка… Хаахахааааа… Я был у него на небе… Я входил в его алтарь… Я поднимался по лесенке из облаков… Я пил живую кровь… Хаахахааааааа… Неужели я тебе не убедил…, – сказал Изворог, положив руку на рукоять огромного меча, – Скажи прямо сейчас… Не томи меня молчанием Ведьма Мюри…

– Мюри скажи ему…, – добавил Дуглас.

– Что ты сказала? – произнёс дико Изворог.

– Ты меня убедил Изворог…, – сказала волнительно она, – Мы сейчас же отправимся на поиски этих сучек продажных… Их прикрывает волшебница Роза… Но мы их найдём… И ты станешь правителем… Это воля богов…

– Хаахахахаааааааа… Тогда поспешите… Хаахахахаааа… Ибо от вашей скорости зависит ваше благосостояние… Хаахахахаааааа…

Мутант рогатый Изворог третий важно прошёлся по гладкому каменному полу.

Он развёл свои мощные руки в стороны. И резко гляну на гостей. Глаза дико сияли. И отдавали красным цветом. Он как будто вылез из раскалённой печи. Просто жуть. Дышал ровно. И улыбался люто. Оскал у него просто кошмарный.

– Хаахахахаааааа… Приведите мне их сюда… Я вырву им сердца вот этими руками… Мне не нужен кинжал… Я вырву им сердца и выжму из тех крови. Она потечёт по этим каналам Граали… И оживёт дикая сила. Она пробудиться во мне… И я стану самым сильным и неуязвимым… Хаахахахаааа…, – смело заявил дикий рогатый монстр, – Самым сильным… И бессмертным воином и всегдашним правителем Дикого Мира.

Хаахахахааааа…

Ведьма Мюри Пелла и чернокнижник Джордано Дуглас стояли прямо. И ещё не спешили уходить из замка. Они смотрели на монстра рогатого Изворога. И немного недоумевали, видя, как он радуется дико и несусветно. Он был просто сам не свой. И смеялся от души жутко и громко. Ведьма Мюри дико и хитро глянула на приятеля. Глаза янтарные ледяные прищурила.

И сильно сжала свои стальные кулаки. Грудь сексуальная пылкая округлилась. И та открыта богато. Соски острые. Она выказала незаметный, но крутой оскал. И как будто улыбалась. Но лихость дурной не занимать. И, казалось, хотела вонзить свои острые клыки в мощную мохнатую шею монстра Изворога. Но утерпела. И ещё раз глянула на Дугласа. Тот сохранял смирение. Но внутри пламенел. И рычал дико. Глаза сияли как у волка в лютой тёмной ночи. Он и есть волк. И оскал лихой.