Прикосновение лунного света

– Я верю тебе, Шира, – сказал он, и улыбка снова тронула губы мужчины. Но на этот раз она казалась хмурой, а взгляд Атуры был прикован к двери, когда он продолжил: – Мы с тобой похожи больше, чем ты думаешь. Такие альбы, как мы с тобой, научились бороться вопреки всему. Никто из нас не был бы там, где он сейчас, если бы мы руководствовались своими страхами, верно?

Он снова изучающе смотрел на меня, и мне было трудно выдержать этот взгляд. Обычно такие долгие взгляды были мне неприятны, потому что тогда я чувствовала, как чудовище, которым меня считали, отражалось в глазах, смотрящих на меня.

Но в глазах Атуры я видела только себя. Не дикарку, не зверя. И, казалось, действительно было что-то, что связывало нас друг с другом и притягивало меня к нему.

– Впредь я буду осторожнее, – пробормотала я, отворачиваясь от него. – Спасибо, – добавила я робко.

Да что со мной такое? Почему он так смутил меня? Сердце екнуло, когда рука Атуры легла на мое колено. Тепло его кожи впиталось в каждую клеточку моего тела, и на какое-то мгновение я перестала дышать.

– Это все, что я хотел услышать, – обронил он, поднимаясь с матраса.

Мои широко распахнутые глаза неотрывно смотрели в пол. Сердце колотилось как бешеное, но меня словно парализовало. Я слышала его шаги, слышала, как он на мгновение остановился у двери, и невольно подняла взгляд, чтобы посмотреть на него. Но Атура уже ушел. Тихо-тихо, что было совсем нетипично для альба крови.

Постепенно я поняла, почему Атура вызывал во мне такие смешанные чувства.

Он не испытывал ко мне жалости. Не считал чем-то мерзким и отвратительным. Командир считал меня равной себе, видел мои сильные и слабые стороны и не упрекал за них. Вот что так взбудоражило меня, вот что заставило мое сердце забиться быстрее. И из всего этого я могла понять лишь одно: мы и впрямь походили друг на друга больше, чем можно было предположить. Мужчина не сказал этого открыто, но я уловила намек в его словах. Атура не был тем чистокровным альбой, каким должен был быть командующий королевской армией. И если я не ошибалась, в нем жило наследие мне подобных.

Если это соответствовало истине, то мне были понятны страхи, с которым Атуре приходилось бороться. Потому что когда правда будет раскрыта, это станет командиру смертным приговором.

Едва за Атурой закрылась дверь, как в комнату проскользнула горничная. Юная альба смущенно улыбнулась и сделала книксен.

– Прошу прощения, миледи, – сказала она.

– Что-то еще? – удивилась я.