Кирьян

Костя крепко вцепился за руль. Его лицо обуял ветер. Он прищурил глаза. Впереди мелькала фигура Тимофея. Он поднажал. Мопед «Альфа» показал свой боевой рык. Из глушителя повалил томный, неприятный дымок. Тимофей бегло глянул на визави. И, казалось, выжал всю мощь из мотора.

– Я не уступлю… ААААА, – закричал Тимофей.

– Сейчас я тебя порву, как Тузик грелку… ААААА, – ответил Костя.

– Пошёл ты хрен мордастый… ААААА…

Озерная даль поражала красотой. Веял лёгкий ветерок. Гонщики на мопедах облюбовали широкую поляну.

Скорость, казалась, запредельной. Дорога глиняная и местами сырая круто петляла. По краям колыхалась высокая трава. Тимофей, выжимая газ, бегло глянул на преследователя. Сейчас его лик походил на мордочку дикого, лопоухого обезьяна. И, казалось, восседал за рулём тот самый обезьян, который каким – то образом овладел азами управления мопедом. Но сначала крепко напился. Мопед «Альфа» живо помчался по глиняной дороге. Тимофей прижался к рулю. Из-под колёс летела грязь.

Веял лёгкий ветерок.

Костя, восседая на своём железном коне, поддал газа. Он бегло глянул на спидометр. Там стрелка застопорилась. Мотор выдал всю мощь. Из глушителя вылетел тёмный дым. Мопед «Дельта» разогнался не на шутку. Костя крепко держался руль. И чуть понесло в сторону. Но всё же он сумел выровнять свой путь. Колёса закрутились со страшной силой. Высоко полетела глина из-под заднего крыла.

– АААААА… ААА. Я тебя порву сейчас, – закричал Костя.

– Хрен тебе лысого мудила…, – заорал Тимофей.

– Я тебе сейчас врежу…, – добавил Костя.

Повеял лёгкий ветерок. Дорога чудно петляла. Дали завораживали. Гонщики живо миновали крутой пригорок. Тимофей, разогнавшись не на шутку, выжал всю мощь из мотора. Его мопед подлетел на полметра, выскочив на крутой бугор. Сам водитель чуть приподнялся. И выпрямил спину. Глаза округлились. Он на пару секунд растерялся. Но всё же сумел собраться. Заднюю часть мопеда повело в сторону. Мопед облюбовал невесомость.

– АААААА… ААА…, – закричал Тимофей.

Мопед «Альфа» жёстко приземлился на глиняную дорогу. Сработали амортизаторы. Даже искра появилась. Живо дёрнулись пружины. Тимофей, ощутив связь с землёй, принял неприятный удар по пятой точке. Даже по паху прилетело. Он широко раздвинул ноги. Но руки крепко держали руль. Глаза живо забегали в зарницах. Всё нутро сжалось. Мопед завилял, живо двигаясь по широкой колее, которую оставил после себя трактор МТЗ. Мотор странно затарахтел. И глушитель покосился.