В порыве страсти и гнева

Даже прибавилась весёлая, чудная искра, которая делала его просто суперским мачо. Мила, глядя на дорогу, замера. Она крепко в руках сжала бутылку. «С кем я связалась. Он полный псих… Нет. Я больше не поеду с ним на машине… Нет… Никогда не сяду… Тем более у меня есть своя машина… А из—за таких вот лихачей и случаются всякие истории… И я бы влипла… Нет… Он полный псих… Ему больше не надо давать выпивку… Я больше не поеду с ним никуда на машине… Вот же критин буйный… Ещё целоваться лезет… Нет… Он меня просто взбесил сейчас… Хочу ему врезать… Вот же водила хренов… Тут такая высота, а он гонит, как по пустыне… Вот же местный мудозвон… Ч кем я общаюсь…», – подумала она.

– Мила… Ты со мной… Кажется, я тебя теряю… Хаахахаааа…, – навеселе сказал Николас.

– Пошёл ты…, – грубо сказала девушка.

– Мила… Ды я же пошутил… Хахахаааа… Расслабься…

– Аха… Отвали от меня… Ты псих полный…

– Хааххааааа…

– Что ты смеёшься – то? Мы тут одни… И если…, – заявила Мила.

– Мила.

– Аха… Ты надёжен только в кровати…

– Хахахааааа… Мила… Ты меня заводишь…, – сказал Николас, потянувшись к девушке.

– Отвали… Бесишь меня… Ты полный псих…

– Мила… Да что ты? Псих… Хаахахахааа… Ты ещё не видела настоящих психов… Какой я псих. Ну прокатились с ветерком. Ты сама хотела этого… Я увидел по твоим глазам.

– Чего?

– Хахаахаааааа… Крошка. Я хочу тебя обнять… Просто ты бомбически сексуальная… Хахахаааа…

– Аха… Вот же ты…

– Ну… Договаривай… Кто я?

– Идиот…

– Кто идёт? Где? Хаахахаааа… Расслабься малышка… Хаахахаааа… Ну кто я? Кто? – спросил Николас.

– Олух царя небесного… А ещё псих… Я больше с тобой не поеду никуда…, – сказал Мила.

– Хаахахааааа… Мила ты сама себе противоречишь… Не обманывай себя… Тебе понравилось. Я знаю тебя. Ты сейчас о другом подумала. Я знаю крошка… Ну… Скажи да… Что я прав… Николас ты всё знаешь… Я тебя просто обожаю… Хаахахааа…, – кривлялся Николас.

– Отвали…

– Хаахаххааааааа… Мы дома… Вот и наш пентхаус… Какая ночь? Мила… Ночь чудесная. Согласись со мной…, – сказал Николас.

Впереди всё темнело и только кое – где открывались островки, на которых маячили фонари. Повеял небольшой ветерок. Розовый кабриолет, сверкнув фарами, тихонько покатился по гладкой площадке. Мотор работал тихо и точно, как швейцарские часы. Николас слегка выкрутил руль.