Сучкоруб

Николай, встряхнувшись, живо пошёл по глубокому снегу. И ловко миновал густой ельник. Он заметно провалился. И чуть начерпал снега в левый валенок. На лице выказал дурную гримасу. Глаза округлил. И сейчас напоминал дикого несусветно зверя, который бродил по лесу. И жаждал подкрепиться. Изо рта тянулся парок. Николай еле вылез из снежной массы. И плотно навалился на молодую берёзку и осинку. И тяжело задышал.

– Вот же бля… Куда мне занесло?…Я этому уроду бригадиру морду набью… Сука бля… Надо туда идти… Там посижу… Вот же бля… Куда я попал… Вот это еб… ля бля… Сука на хер… АААААА… АААА…, – громко и дико произнёс он.

Повеял лёгкий ветерок. Николай тяжело выдохнул. Он, проваливаясь в снегу, тяжело зашагал. И, цепляясь за деревья, ловко вышел на небольшую полянку. Николай весь натужился. И мышцы все напряг. Глаза округлил. И лихо и широко махнул топором. Лицо побагровело. Глаза округлились слегка розоватые и даже красные от природы. Он широко открыл рот. И напряг свои мощные, голосовые связки.

– ААААААААА… АААА, – дико закричал он, как истинный зверь.

Лес шумел. И эхо лихое пронеслось резко по его закоулкам. Николай успокоился. И выдохнул. Он чутко осмотрелся. И ровно задышал. Но волнения его ещё совсем не покинули. Он всё же угомонился. И, смахнув снег с большого дерева, которое лежало на земле, присел. Он выдохнул. И, сняв с ноги валенок, вытряхнул снег. И сейчас напоминал кукушку на длинном суку. Но куковать он не стал. Он взялся за свой вещевой мешок. И облюбовал руками свой термос, в котором имелся горячий байховый чёрный чай.

Николай чутко осмотрелся. И замечтался. Он стряхнул со своей шапки-ушанки снег. И вновь надел головной убор на голову. И походил сейчас на чудного, но дикого медведку. Тот грезил угоститься сладким медком. И потом ещё долго облизывать свою могучую лапу.

Глава третья

Небо пасмурное, однотонное просветлело. Виднелись неясные облака. Ветер чутко поддувал. И вьюга крутила красиво своими белыми платьями на открытых полянках. И танцевала чудно.

И зазывала за собой. Лес зимний чутко шумел. Порошили снежинки. И кружили круто. Дорога лесная крутилась замысловато. На ней виднелись следы протектора от мощных высоких колёс бульдозера. И здесь замерцали яркие фары тёмно-синего джипа «Вольво». За тем двигался ещё один внедорожник «РенжРовер». И кузов отдавал чёрным блеском. Мотор гудел ровно. Литые диски на широких колёсах прямо сияли. В тонированных стёклах отражалась вся местная реальность и колорит.