Красный комиссар

Ещё мотоциклы есть. Бронетранспортёры… Вот же сволочи… Сколько их тут. Одних танков больше тридцати… Ладно. Сейчас мы вам пропишем пилюли по первое число…», – подумал он. Филимон живо пошёл по свежей земле, находясь в окопе. Он обступил несколько бойцов, которые готовились к стрельбе из автоматов и винтовок. Рядовой Даниил Клюква плотно навалился на мощное орудие «К-53». Советское полуавтоматическое противотанковое орудие калибра 45 миллиметров выглядело грозно. Щит защитный отсутствовал для незаметности. И боец грезил расправой.

Глаза бурые и так узкие прищурил. И уже прицелился, чтобы стрелять по двигающемуся вражескому танку. Боец невысокий, узкоплечий. Он уже не молодой. Но семьёй не обзавёлся. Работал в тире «Снайпер», который располагался в городском парке. И умеет обращаться с оружием. Рядом навалился на бруствер сухожильный молодой боец Игнат Ухов. Он держал в закоптелых руках большой крупнокалиберный снаряд. И значился вторым стрелком в расчёте «сорокопятки». Он подносил снаряды. Лицо медное. Глаза тёмные, прямые. Он полный хулиган. Но в армии ему сразу выбили кислую шерсть. Он устроил драку. И сам же больше всех получил. Затем отправился на губу. И сразу поумнел. Сейчас он заметно волновался. Но был всё же собран и готов к бою.

Чудно игралось солнечное озарение. И тонкие лучики скакали ежесекундно. Повеяло едким дымом, который потянулся вдоль окопов. Филимон быстро зашагал. Дышал неровно. И бегло озирался туда, где темнели в поле фигуры. Рёв моторов вражеской техники усилился.

Танки «панцеры» третьей модели живо облюбовали небольшой склон. Филимон занял боевую позицию. И бегло глянул в бинокль. Глаза округлил. И сейчас походил на каймана в тихом омуте. Он бегло глянул на расчёт крупнокалиберного миномёта. И кивнул головой, поприветствовав всех армейцев. Возле орудия восседали бойцы под командованием старшего лейтенанта Якова Будило. Он уже не молодой. Ему пятьдесят один год. Лицо загорелое, морщинистое. Глаза круглые, тёмные как уголь. Нос широкий. Усы как кисточка маляра. Подбородок двойной. На теле упитанном гладко сидит форма. Он уже участвовал в первой мировой войне. И был ранен семь раз. Как-то в одном бою его развитую плоть просто исцарапали пули. Он насчитал у себя на теле около десяти лёгких ранений. И своим опытом делился легко и просто. Сейчас его слегка контузило. И он навалился на стенку траншеи. На виске виднелась тонкая струйка крови. Но дышал ровно. Он взял паузу, чтобы отдышаться. И подал знак комиссару.