Сила фантазии и мысли

На одной картинке была знакомая девушка, и она сама, сцена с браслетом, что сейчас у нее на запястье, а затем… это же Ася! Милая подруга! Неужели это она? Место ей незнакомо. Анимаиса окружена прекрасным садом разносортных роз.

Картинка сменилась. Перед видением Джейн, словно в замедленной съемке, пронесся ее полет на сумасшедшем велосипеде. Как же ужасно это было видеть со стороны. «Бедная Ася… и мне не поздоровилось» – мысленно причитала девочка. Но вот, изображения погасли, а потом появились вновь, и понеслись со сверхъественной поразительной скоростью.

Чем быстрее бежали «слайды», тем быстрее билось сердце. На картинке на миг застыл мальчик с поразительной улыбкой, немного по-доброму насмехающейся и с цвета вороного крыла волосами. В то же время в нем чувствовался какой то всепоглощающий мрак, а при взгляде на него возникало некое гнетущее чувство. «Спутник или предатель?» – возникла мысль в сознании Джейн. Но картинки сменились и, он исчез. Пробежала кучка изображений с видами природы, с горами и плоскогорьями, с реками и озерами, такими чудесными, словно мистическими. Затем появился другой юноша, крепкий и статный, богато наделенный талантами, духовно и физически сильный, с критичным умом, но добрым сердцем и чуткой понимающей душой, ищущей нечто таинственно-прекрасное, оттого неизбывно печальной. Джейн сама не смогла бы объяснить, как такие качества можно почувствовать, лишь увидев образ. Иногда мелькали знакомые и незнакомые люди – меланхоличные и веселые, волшебно-одухотворенные и повседневно – задумчивые. Но вот появился очередной «слайд» и Джейн на время забыла обо всем. Ей казалось, что слайд застыл специально для нее. Он пробыл достаточно долго, чтобы девочка успела запомнить изображаемого. Всмотреться в каждую черточку глубоко задумчивого лица, но как океанский штиль спокойного, обращенного к неизвестной дали, где-то за горизонтом неизмеримого, вечного. Прямой нос и четкая линия плотно сомкнутых губ… и лишь глаза говорили о жизни и огне, что били в прекрасной душе этого человека. Кареглазых людей множество, каждый день позволяет с ними столкнуться, но эти глаза были не похожи ни на одни в этом мире, сколько в них неизмеримой печали, но сколько любви и нежности, сколько потаенной красоты и музыки заключено в переливающихся оттенках. Золотые и чайные тона переплетались, создавая неимоверные волшебные узоры. Изящные руки и плечи, высокий гордый, немного надменный вид.