Инкубатор. Дети разных миров

Которые нас гостеприимно приняли в своем доме. За тебя, Танья, и всех сиянцев в целом! – он отсалютовал своим бокалом Танье и под дружный звон бокалов землян выпил до дна.

– Хорошо сказал! – заметил, закусывая какой-то рыбой, Жмых. – Особенно про кольца и деньги, – но, покосившись на Лику, все же добавил, словно делая ей одолжение: – Про дружбу ты тоже ничего так загнул.

Дальше хорошо посидели. Жмых потихоньку отошел и даже попытался рассказать Танье пошлый анекдот. Та не поняла смысла, но вежливо посмеялась вместе с землянами.

Когда все сытые выбрались из-за стола, сиянка объявила, что будет снова всех ждать в холле гостиницы через три часа. Потом наклонилась и Михасю и проинформировала его, что они с Ликой отлучатся ненадолго, а потом они зайдут за ним и Жмыхом в их номера. Михась заверил ее, что они вдвоем будут с нетерпением ждать их с Ликой возвращения у него в номере. Танья подхватила Лику под локоток и, что-то оживленно ей нашептывая и косясь при этом на Жмыха, потащила землянку к выходу из обеденного зала.

– Куда это они намылились? – без особого интереса уточнил Жмых у друга, провожая Лику и сиянку скучным взглядом. – Вроде все вместе на шопинг собирались?

– За нами позже зайдут, – пояснил Михась ему. – Пойдем в мои апартаменты, нам есть чего перекурить.

– Опять мне начнешь мозги полоскать о радостях семейной жизни? – скривился Жмых, но, подхватив со стола початую бутылку местного коньяка, пошел следом за приятелем.

 – Мне – так уже по барабану. Я тут подумал, да хоть и свадьба. Это ж как сыграть свадьбу в Лас-Вегасе, в России такой брачный союз будет ни о чем.

– Ну, во-первых, мозги я тебе на эту тему никогда не промывал, – заметил Михась, когда они вышли из лифта и почти сразу перешли в его номер. – А во-вторых, я в твои амурные дела вообще не лезу, и давай разойдемся на берегу так: либо ты с пониманием относишься к тому, что творится у меня на личном фронте, либо тихо молчишь себе где-нибудь в сторонке.

Надеюсь, мы договорились?

– Вот видишь, и у тебя дела как на фронте, – усмехнулся Жмых, выставляя бутылку коньяка на маленький балконный столик, а сам аккуратно усаживаясь в дальнее от входа кресло. – А так хочется любви и ласки, но вокруг лапша и сказки.

Он отхлебнул из горлышка и протянул бутылку Михасю, затягиваясь вместо закуски табачным дымом.