Наследница журавля

Но, стоило ей подойти поближе, улыбка на ее круглом, как луна, лице поблекла. – А, – проговорила она, остановив взгляд на Цайяне. – Полагаю, вы впервые в нашем заведении?

Лилиан закашлялась.

– Посмотрим… – Хозяйка обвела куртизанок глазами. – Возможно, вам придется по вкусу Белый Пион…

– Мы пришли встретиться с девушкой по имени Серебряный Ирис, – перебил ее Цайянь.

Хозяйка нахмурилась.

– Серебряный Ирис – самая желанная артистка нашего дома.

– Я слышал об этом.

– Она в совершенстве освоила золотую триаду искусств: каллиграфию, музыку и танец.

– И об этом я слышал.

– Она придирчива в выборе посетителей, и ее время ограниченно. – Хозяйка наклонилась к Цайяню и длинным ногтем, покрытым изумрудным лаком, вытянула из его мантии торчащую нитку. – Такие, как вы, не стоят ее талантов.

Хэсина нервно сглотнула.

Не моргнув глазом, Цайянь достал парчовый кошелек.

– Этого достаточно?

Хозяйка выхватила его из руки Цайяня, ослабила шнурок и заглянула внутрь. Хэсина не могла прочесть ее мыслей по выражению лица, и, пока женщина взвешивала кошелек на унизанной кольцами руке, принцесса чувствовала, как ее тело покрывается потом.

Наконец хозяйка затянула шнурок.

– Идите за мной.

Она повела их по фиолетовым ступенькам из сандалового дерева и постучала в одну из множества дверей в коридоре второго этажа. Хэсине хотелось ущипнуть себя. Пять ночей подряд она мучилась вопросами. Правильно ли поступает? Совершает ли ошибку? Если да, то хватит ли ее злости, печали и эгоизма, чтобы все равно осуществить задуманное? Она не знала.

У Хэсины был готов ответ.

Хозяйка постучала снова, на этот раз сильнее, и из-за двери раздался хрипловатый голос:

– Да?

– К тебе гости.

– Сколько?

– Двое, – сказала Лилиан и прислонилась спиной к стене рядом с дверью. – Я останусь здесь.

– Они заплатили?

Хозяйка облизнула губы.

– Да.

– Тогда оставьте их здесь.

Когда хозяйка ушла, ничего не изменилось. Дверь не открылась. Демоны не выпрыгнули из-под потолочных балок, чтобы наказать гостей. Но, пока они ждали, в голове Хэсины рождались свои демоны. За ней с близнецами могли следить. Их могли узнать. Они могли…

Створки двери разъехались в стороны, и демоны разбежались. Хэсина посмотрела измене в лицо.

Оно было прекрасным. Вечно юным. Сияющим, словно жемчуг.