365 дней тоски

 – Мы погрязнем в тугой субстанции беспросветного отчаяния», – понял я…

Да, я купил тот самый букет, расплатившись с доставщиком купюрами «страны грустных».

– Что за цветы? – спросил я у парня в фирменной футболке лавки флористов.

– Это розы, – ответил он, вежливо попрощался и покинул мою жизнь, а я залез в сеть, чтобы найти значение.

– Белые розы – это символ… тоски, – прочел я, и тонкая улыбка появилась на моем лице.

День тридцать четвёртый.

Букет белых роз долгое время стоял на подоконнике.

Я ждал тот момент, когда все лепестки опадут, оставив после себя лишь сухие стебли, символ былой силы – символ жизни. Ежедневно отклоняя штору в сторону, я проверял, как они там… а они продолжали стоять и выглядеть так, будто бы атмосфера «страны грусти», проникающая сквозь тонкую оболочку стекла, питает их, наливает бархатным оттенком белого.

Так прошло сначала несколько дней. Так минула неделя. Так, по своей великой безалаберности, я пропустил месяц, продолжая изредка блюсти состояние этих цветов и не касаясь их.

Я думал, что в них заключена магия… что эта магия провоцирует меня на нерешительность.

День тридцать пятый.

Я поглощаю тишину ложками. По этой причине в моем неприступном оплоте из нескольких стен преобладает тотальное молчание. Здесь, за шторой, скрывается букет цветов, к которым я никак не могу притронуться из-за нависшей надо мной моей нерешительности… Будто черный худи, надеваю ее поверх себя по утрам и прячу голову в глубоком капюшоне.

Лишь регулярные перепалки соседей сверху вдыхают пыль в слипшиеся легкие моего существования, разгоняя немоту, заставляя вновь отодвинуть штору и посмотреть на прекрасные, белые, нетленные цветы в бутылке из-под жидкого яда… Они продолжают бороться с самой жизнью, ведь прошло уже слишком много времени, вода, скорее всего, зацвела, и они должны были погибнуть давным-давно… Цветы Шрёдингера впитывают в себя мою тоску и атмосферу грустной страны и остаются такими же сильными, как моя нерешительность.

День тридцать шестой.

– Привет, – совладав с собой, я решился написать ей еще раз. Я написал и тут же соединил монитор с клавиатурой… Внезапно мне стало страшно. Сам не знаю почему.

Прошло несколько дней, прежде чем я проверил входящие, и там, как и ожидалось, был ответ, состоящий из одного короткого слова и присовокупленного к нему знака препинания.

– Чё? – содержало в себе ответное от неё сообщение.