365 дней тоски

Я вышел из анабиоза, в котором находился…

«Ты точно этого хочешь?»

«Это больно!»

«Это скребёт изнутри!»

Мой психоз активизировался. До этого некоторое время он молчал, не поднимая головы, не расправляя плеч.

«К тебе вернётся…»

«Все вернётся…»

«И нерешительность…»

«И паранойя…»

«И страх…»

Множеством голосов, множеством эхо говорила со мной моя проблема.

«На пороге было так много цветов… – внезапно вспомнил я своё возвращение домой и почувствовал длинную, раскалённую добела иглу, минующую рёбра.

 – Я. Хочу. Домой», – проскочила мысль, и Гала подхватила её строчкой своей песни.

– Я не знаю, где мой дом, – в унисон с моими мыслями пела эмигрантка из внешнего мира.

День восемьдесят восьмой.

– Прощай… в смысле, прости за все, – говорю я, стоя на пороге заведения «Сигарет-ка». – Думаю, мне пора выдвигаться отсюда. Думаю, настало то время, когда я должен продолжить свой путь, свой поиск истинной истины… для себя… Прощай…

Гала молчит.

Она знает, что так надо, что так правильно, что так должно было случиться. Гала, как бы то ни было, была готова к тому, что её сотрудник отдаст швартовы и отправится в дальнейший путь, длина которого равна протяженности скоротечной жизни.

Я иду по улицам города Женщин и пытаюсь придумать дальнейшее направление. Психоз уговаривает продолжить путешествие, а внутри все сводит от желания вернуться в город Грусти и предпринять еще одну попытку найти ту девушку, что посылала… возможно, продолжает посылать мне цветочные шифры.

«Наверное, я пое…» – не успеваю закончить мысль, не успеваю дойти до вокзала, как что-то жесткое, что-то тяжелое, что-то тупое упирается в мою голову. Ну, как упирается… кто-то бьет меня чем-то вышеописанным по голове, отчего вмиг я теряю сознание.

День восемьдесят девятый.

Дзынь… Дзынь… Дзынь…

«Что… п-происходит?!» – думаю я вместе с тем, как мой мозг и мое нутро содрогаются вместе с каждым ужасным, звенящим звуком.

– Прекратите! – кричу я, даже не надеясь на то, что все закончится… и звук не заканчивается. Он становится громче, словно приближаясь.

Дзынь… Дзынь… Дзынь…

Меня тащат. Меня волокут по земле. Я это точно знаю из-за пяток, что скользят по земле и камням. Сквозь адскую боль мой мозг выдаёт недавние события из холодильника при мясокомбинате.

«Неужто мое тело растерзают на закуски?! – по спине пробежал мерзкий холодок.