365 дней тоски

Потому что, если что-то ломается, то в девяносто пяти процентах случаев из ста ломается окончательно и бесповоротно, – ответил он на свой вопрос, который не требовал ответа.

– Но как так? – спросил я, понимая, что лезу не в своё дело, что погружаюсь в чужие проблемы.

– А как иначе? – ответил вопросом на вопрос киборг. – Вот подумай, кровеносный… если бы вас можно было бы лечить, тем самым гарантируя вечную жизнь, что случилось бы с планетой?

– Я думаю… – начал я и задумался, после чего понял: – Было бы перенаселение, голод, болезни и, как следствие, постоянная война на выживание.

– Теперь то же самое перенеси на машины. Только с двумя условностями. Первая заключается в том, что мы не настолько глупы, чтобы воевать… даже с человечеством… даже несмотря на уже взломанный протокол Азимова… Вторая условность заключается в том, что нам не страшны ни болезни, ни время, ни голод. Было бы тотальное загрязнение на глобальном производстве объёмом в планету… в несколько планет… и перенаполнение.

Киборги стояли бы на обломках киборгов и заполоняли бы каждый миллиметр пространства. Поднимаясь все выше и выше, – спокойно рассказывал бездушный пере-недочеловек в лохмотьях. – Звучит странно, но, поверь, так бы и было… Поэтому нашу численность поддерживают в допустимых рамках и каждый киборг согласен стать мусором с момента окончания производства.

«И прекрасно, и ужасно одновременно», – подумал я и удивился тому, что мужчина, словно прочитав мои мысли, сказал:

– Вечный танец баланса вокруг пустоты…

«Вот только при чём тут пустота?» – спросил мой рассудок.

«Пустота – это существование», – ответил психоз.

День сто тридцатый.

Затем мы долгое время ехали молча. Я смотрел в окно, а оттуда тьма смотрела на меня. Она лезла внутрь. Длинными тонкими пальцами она проникала через грудную клетку и создавала вакуум внутри. Не было ни мыслей, ни желания, ни настроения. Мы просто ехали под мерный тихий стук колёс.

Психоз и разум тоже молчали, что было удивительным.

В последнее время я устал от этого скопления голосов в моей голове, а сейчас начал думал о том, что мне их не хватает. И это были первые мысли за не малый промежуток времени.

– А куда ты едешь? – прозвучал голос киборга.

– Я не знаю, – честно ответил я. – Куда-нибудь…

– Это хорошее место? – мужчина в лохмотьях задал мне очень правильный вопрос, на который я не смог быстро ответить.

– Наверное… – в моём голосе были задумчивость и нерешительность.