Расщепленные. Книга 2. Линия крови

Это я так, чтоб ты не расслаблялся. Еще соображения есть?

– Было одно. Его я тоже быстро отмел.

– Что на этот раз?

– Собственно, мелькнула в голове идея на счет драгуновского помощника.

– Ты про Асмодея что ли?

– Про него. Его же вроде так и не поймали. По правде говоря, я не думаю, что он стал бы устраивать весь этот цирк с похищением.

– Согласен, но его тоже следует отработать.

– Это за рамками моих возможностей. Про него совершенно ничего не известно, мне даже зацепиться не за что.

– А вот тут ты не прав, не бывает безвыходных ситуаций. В этом деле нам может помочь одна общая знакомая.

– Не вполне понимаю о ком ты?

– Светлана Драгунова. Быстро ты про нее забыл, а ведь это ее организация занималась культом Дракона.

– Она что, сейчас в Москве?

– Это совершенно не обязательно, у меня есть ее телефон. Записывай. Переговоришь с ней, а если не пойдет на контакт, я возьму это на себя. Хотя мне крайне нежелательно лишний раз светиться…

Сергей возвращался в свою обитель, испытывая необъяснимое чувство тревоги, которое он списал на тяготившую его перспективу общения со Светой.

Последняя их встреча ничем хорошим не сопровождалась, и сейчас ему очень не хотелось вновь переживать события тех дней. Больше всего его напрягало осознание, что после почти полугодия спокойной жизни, прошлое упорно вползало в его размеренное существование, грозясь принести с собой неприятные воспоминания. В итоге он решил повременить со звонком, и для начала поговорить с Климовым, которого сразу же пригласил в кабинет.

– Здравия желаю, товарищ начальник!

– Приветствую! Давай без прелюдий. Удалось, что-нибудь выяснить?

– Так точно! Сорокин Вольф Германович, осужденный по статье 158 часть 3 – вынес квартиру своего соседа-торгаша, а у того оказались неплохие связи. Отбывал наказание в исправительной колонии № 6 в Коломне. Десять лет как в разводе, из детей только сын, который погиб при странных обстоятельствах, официально – несчастный случай…

– Так, это пропустим.

Где он сейчас?

– Самое интересное, что похоронен на Акуловском кладбище.

– И что же в этом такого особенного?

– Ровным счетом ничего, если не считать, что после похорон его несколько раз видели в добром здравии.

– Так-так. Дата и обстоятельства смерти, есть информация?

– Обижаешь, начальник!

– Ты, давай, не юродствуй, а излагай.

– На самом деле здесь все довольно прозаично.