Расколотый Трон

– Ваш верный слуга, сановник четвертого ранга лар Линар Кос бесконечно рад чести приветствовать Первого принца, – почтительно, но слегка нервно выдал глава городского магистрата.

Было прохладно, но на лбу и толстых щеках чиновника выступили капли пота. Внимание Первого принца его совершенно не радовало.

Да лучше бы он никогда не возвращался! Сидел на своей Скале или просто сдох, избавив мир от выблядка мятежной императрицы.

Думал так лар Линар Кос или нет, Тар знал, что нужно делать.

– Уже четвертый ранг, да еще и лар, – сказал он отстраненно, словно о чем-то задумавшись.

Рука Первого принца стремительной змеей рванулась вперед. Толпа зевак ахнула. Сжав горло главы города, он с легкостью поднял жирное тело в воздух. Голос его стал довольным, мечтательным: – Как же долго я ждал этой встречи!

Стоявший чуть в стороне от чиновников воин в доспехах, глава городской стражи, судя по трем перьям на шлеме, потянулся к оружию. Но тут же замер, обнаружив под кадыком острие кинжала.

– Давай, петушок, дай мне повод, – по-доброму предложил Гварт, медленно надавив на рукоять кинжала.

Спавший с лица глава стражи привстал на носочки, чтобы уберечь свою шею от излишне близкого контакта с острием.

Техники и ступень мастерства не имеют значение, если смерть уже у горла. Вдруг пират окажется быстрее? Глава города, он ему, конечно, родственник. Брат жены, если быть точным. Но своя жизнь – она дороже. А третья ступень мастерства – не тот ранг, с которым стоит геройствовать.

– Аг-ха, к-ха!

Под испуганными взглядами чернильных мантий и толпы, городской глава бился в воздухе и смешно дергал ногами в хватке принца.

От тела Тара повеяло ледяным холодом. Шея главы города, а следом и вся голова покрылись изморосью, а потом и вовсе заледенели. Принц сжал пальцы – треск расколотого льда разорвал повисшую тишину. Голова еще только что всесильного лара легко отделилась от упавшего кулем на пристань тела. Ударившись о деревянный настил, она тут же раскололась, словно зрелый арбуз. Кто-то в толпе зевак закричал. Несколько особо впечатлительных женщин упали в обморок.

Не то чтобы жирную свинью Коса сильно любили. Но быстрота и безжалостность расправы поразила горожан, порождая в памяти воспоминания о том, что сейчас перед ними стоит не только сын своего отца, но и матери – первой императрицы. Мятежной императрицы! Астшанской ведьмы! Палача имперской столицы!

– Приговор приведен в исполнение, – возвестил Тар и его каркающий, сорванный голос вызывал дрожь.