Знамя химеры

– Леклис, это безумие, там уже полно гоблинов! Надо закрывать ворота!

– Я возвращаюсь!

Ответственность – самое большое проклятие!

– Удачи, Лекс, – тихо прошептал Бальдор, но я услышал.

– Творец, сделай так, чтобы я их нашел, – прошептал я, глядя на Аишиу.

* * *

Его сотня шла последней, когда их догнал окровавленный гном с закинутым на спину щитом. В щите пестрело оперение нескольких стрел.

– Гоблины близко, – прохрипел он.

– Где? – спросил Янвир, с горечью наблюдая за медленно идущей колонной.

– А Падший его знает. Вся северная окраина – это сплошное поле битвы. Гоблины словно саранча расползаются по улицам, но их основные силы идут вдоль крепостной стены.

– Сообщить принцу? – спросил один из десятников, нервно оглядываясь в сумрак боковой улицы.

– Да! Хотя нет, подожди немного! – задумался Янвир.

Сообщить принцу? И какое он примет решение? Скорее всего, он с частью воинов останется прикрывать отход.

Янвир тяжело вздохнул. Он видел, как медленно и устало двигалась колонна.

Оставшиеся в строю слишком устали. Пять дней бесконечной битвы с редкими перерывами на сон измотают кого угодно.

Янвир принял решение. Его сотня единственная не участвовала в боях, по большей части они только и делали, что патрулировали высокую стену да перетаскивали раненых и убитых после боя.

– Мы должны задержать гоблинов, – оглянулся он на свою сотню. – Больше просто некому.

– Творец в помощь! – Раненый гном побежал за колонной, тающей в сумраке ночи.

По освещаемой огнями пожаров улице сотня вернулась к стене.

– Плотнее строй! Взвести арбалеты! – тихо скомандовал Янвир, наблюдая за темной массой, двигающейся вдоль стены.

Гномы построились пятью шеренгами поперек широкой улицы. Первая шеренга встала на колено и вскинула арбалеты, две следующие за ней шеренги повторили ее действие. Часть гномов заняла позиции на стене. Гоблины заметили перекрывших дорогу гномов и с яростными криками бросились вперед.

– Пли! – скомандовал Янвир, когда гоблины подошли совсем близко.

Раздались щелчки спущенных арбалетов. Словно коса смерти прошла по рядам гоблинов. Болты, пущенные почти в упор, пробивали по два, а порой и по три худых низкорослых тела. Ночную улицу наполнили крики раненых и умирающих. Видя такое мгновенное истребление чуть ли не сотни своих сородичей, гоблины дрогнули и стали откатываться назад.