Знамя химеры

Песок Арены жадно впитывает кровь. Обезглавленное тело утаскивают прочь.

– Мятежник мертв! – Палач поднимает отрубленную голову за волосы и демонстрирует ее зрителям. – Слава императору!

Как же звали этого орка?

– Давай второго! – командует палач.

Следующего обреченного ведут к эшафоту. Взмах топора. Очередное тело утаскивают с Арены. Похоже, сегодня толпу ждет на редкость однообразное зрелище. Меня пока не трогают, видимо, решив оставить напоследок. Очередной взмах топора и очередное обезглавленное тело покидает Арену.

Кто-то восходил на эшафот сам, высоко держа голову, с вольным, непокоренным взглядом. Кто-то шел на подкосившихся ногах, покорно и механически. Одним из последних казнили Олафа. Стоя на эшафоте, Весельчак в очередной раз оправдал свое прозвище.

– Это лекарство – снадобье острое, – глядя на топор, сказал он, – но врачует все болезни.

Взмах топора. Я остался один.

Под очередной рев фанфар меня выводят из клетки и, проведя вокруг трибун, привязывают к деревянному столбу почти в самом центре Арены.

Палач, вопросительно глядя, показывает мне темную повязку для глаз. Отрицательно мотаю головой.

«Какое синее сегодня небо…» – отстраненно думаю я. Под грохот аплодисментов на Арене появляется шестерка затянутых в зеленое эльфийских лучников. Пройдя по Арене круг почета, лучники выстраиваются в шеренгу в тридцати ярдах от меня. Жаль, что приходится умирать вот так, на потеху толпе. Все мы смертны, но именно сейчас, стоя у расстрельного столба, я понимаю, насколько люблю жизнь.

– Pilin! – командует один из эльфов. Лучники достают стрелы.

Надо мной сверкающая синева небес…

– Serto'uthili! – Стрелы ложатся на тетиву.

Каждая частичка кожи впитывает солнечный свет…

– Ilindith! – Эльфы натягивают луки.

Свежий ветер, словно женские губы, ласкает лицо…

– Sanare! – командир эльфов взмахивает рукой, ко мне устремляются стрелы…

Глава 6

Особенности эльфийской охоты

Холодное солнце ослепительно сверкало на поверхности ледников и вершинах горных склонов.

Весеннее небо радовало взгляд глубокой насыщенной синевой. По широкой горной долине ехала цепочка всадников. Вокруг расстилался густой лес, все еще присыпанный снегом. Копыта лошадей мягко ступали по неглубокому снегу: было видно, что всадники не торопятся.

Из густого косматого ельника слева от всадников испуганно выскочил покрытый белой шкурой длинноухий заяц и, отчаянно петляя, устремился прочь. Один из наездников стремительно вскинул лук.