Знамя химеры

Легкий туман окутывал шумевший вокруг лес. Узкая тропинка, петляя меж корней, вела меня все глубже в чащу.

Спать, спать, спать – одна эта мысль билась в моем мозгу.

Неожиданно лес расступился, я оказался на большой лесной поляне с огромным вековым дубом. Среди его причудливо переплетенных корней решаю устроить привал. Не разводя костра, я заваливаюсь в мокрую от утренней росы траву и, плотнее закутавшись в плащ, проваливаюсь в сон.

* * *

Гневное хриплое ржание Ветра вырывает меня из объятий сна. Открываю глаза: тени стали длиннее, солнце уже начинает клониться за горизонт.

Мой взгляд обращается в сторону Ветра. Коня сотрясает нервная дрожь, ноздри бешено раздуваются, ловя воздух. Он косится в сторону темнеющего леса и настороженно хрипит. Из леса доносится возбужденный вой собачьей своры.

Собачьей своры!

Сердце бешено ускоряет ритм, остатки сна мгновенно испаряются. Не замечая слабости, вскакиваю с земли и мгновенно оказываюсь в седле. Хорошо, что перед сном я не распряг Ветра.

Легко ударив коня пятками, припускаю в сторону леса. Как же мне надоело чувствовать себя дичью!

Пригибаясь к самой шее Ветра, пускаю его в галоп. Над головой стремительно проносятся кроны деревьев, узкая тропинка змеей петляет меж стволов. В спину мне несется радостный вой своры, почувствовавшей добычу.

Лес делается реже. Тропинка устремляется вверх по склону большого холма. Стрелой долетев до его вершины, Ветер вздымается на дыбы. В двух ярдах впереди гребень холма пересекает широкая рана глубокого оврага.

Встревоженные копытами Ветра камни срываются в колючий кустарник на его дне.

Восторженный лай раздается уже совсем близко. Грустно усмехаюсь и, потрепав Ветра по шее, покидаю седло. Достав из ножен короткий клинок, резко ударяю перед собой; благородная сталь певуче рассекает воздух. Скидываю плащ и наматываю его на левую руку.

Вот и все.

Удача, отпущенная мне творцом, иссякла. Сколько можно бегать? Я уже слишком задержался на этом свете. Сердце усиленно гонит кровь по венам, пытаясь хоть немного выдавить свинцовую усталость.

Разворачиваюсь к Ветру и сильно хлопаю его по спине, пытаясь прогнать. Благородное животное обиженно хрипит, отступает немного в сторону, но не убегает.

Рассекая вечерний сумрак, на склон холма выпрыгивают несколько белых теней эльфийских гончих. Увидев впереди долгожданную добычу, собаки с радостным рыком устремляются вперед.

Оставив далеко позади свою стаю, ко мне несется огромный вожак.