Между

Пока я все еще способна сохранять ясность сознания, убираю их и отступаю в сторону. Дэймон ухмыляется

– Кто-то не в настроении? Тебе не нравится эта игра?

– Я запуталась в правилах, так что нет

Дэймон снова подходит ко мне, на этот раз вплотную, лишая меня возможности двигаться.

– Правило только одно. Выиграй любой ценой

Как же меня злит моя слабохарактерность. Когда он рядом, я словно глупею, остаюсь лицом к лицу со своими голыми инстинктами. Это снова происходит, и бесит невыносимо.

Он наклоняется к моему лицу и шепчет прямо в губы, от чего рой бабочек наполняет низ живота. Нет, это не бабочки, это осы, такое пламя разгорается между ног. И вот, я сама не замечаю как мои пальцы оказываются в его волосах, а губы открываются, чтобы впустить его язык. Страсть накрывает нас обоих. Он оттесняет меня к стене и поднимает мои руки вверх, над головой. Его губы скользят по шее, останавливаются около уха, и я едва могу разобрать его глухой шепот

– Значит, ты недовольна, что я оставил дело незаконченным?

– Ой, – понимаю, что он имеет ввиду, когда его рука скользит под юбку, – неужели он о том письме…

– Ммм.

. – довольно тянет он, – ты специально одела чулки? Значит вот какая вы, мисс скромница..

Чувствую, что краснею. Не знаю почему, мне отчаянно хочется скрыть свою неопытность. Не хочу, чтобы он думал, будто я неуверенная маленькая девочка. В голове все это время крутятся мысли – что я должна делать и как делать это правильно, чтобы он ничего не понял.

Но кажется, знаний Дэймона хватает на нас обоих. Его пальцы сдвигают ткань моих трусиков и скользят внутрь.

– Я говорил, что хочу тебя, – он все еще крепко удерживает мои запястья одной рукой, – хочу каждую минуту, стоит мне просто увидеть тебя. Как ты это делаешь? Мне так тяжело находиться в этом кабинете, зная, что ты там, за стеной…

Я отчаянно мотаю головой

– Я ничего не делаю, – мое подсознание расплывается в довольной улыбке.

Хорошо, значит тяжело не мне одной.

– Мне хочется взять тебя прямо здесь, сейчас, на столе, на полу, и в кресле…

– Пустые слова, – я решаю подразнить его, на что он хмурит брови и прикусывает мочку моего уха

– Может начать с твоего милого ротика? Чтобы твой острый язык знал, где его место…

На этой фразе он начинает двигать пальцами у меня в трусиках, и чувствую, как тело пронзает электрический разряд, один, второй, множество.