Рыцарь уполномоченный. Книга 1. Опер с большой дороги

Всё-таки там несколько ножей и меч. Только почему он ползёт, а не Дрон – непонятно. Наручники ножом не перепилить. Хотя тут же понял, почему: мутант сумел руки из-за спины вперёд перевести, а его подельник так и сидел, прислонясь к стене, с руками за спиной. Я решил подождать, чем всё закончился, и пару минут наблюдал за тем, как Хмыл пыхтит, пытаясь перепилить цепочку наручников. Наконец мне это надоело, я сел на кровати и произнёс:

– Если ты, подлец, мне казённое оборудование испортишь, я тебе руку отрежу!

Острозубый выронил нож, вскочил и рванул к двери.

Но по дороге зацепился за стол и кубарем покатился по комнате. Я тяжело вздохнул, встал с кровати, потянулся и шагнул к острозубому.

– Тронешь его – я тебя убью! – зарычал очнувшийся Дрон.

Я мельком глянул на бородача, наклонился и за шкирку поднял Хмыла:

– Ты куда это собрался без разрешения?

– В туалет захотел, ваше сиятельство, – заканючил Хмыл. И вдруг резко выкинул колено, целясь мне чуть ниже живота. Отстраниться я успел.

И тут же влепил бегуну хорошую затрещину. Хмыл свалился, и уже не пытался встать. Зато зашевелился Дрон. Я повернулся к нему и предупредил:

– Если встанешь, то ляжешь надолго!

Дрон запыхтел, но шевелиться перестал. Я вновь подошёл к Хмылу и рывком поставил его на ноги:

– Итак. Рассказываю медленно и обстоятельно. Попытка бегства приравнивается к государственной измене и карается смертной казнью. Понятно?

Хмыл сглотнул так, что кадык дёрнулся по горлу, и кивнул молча.

– Нападение на меня считается самым страшным преступлением и тоже карается смертной казнью.

Понятно?

Теперь кивнули оба бандита.

– Попытка обмануть меня любимого также карается смертной казнью! Ясно?

– Ясно, – это бандосы произнесли прямо хором.

– Кража у меня тоже карается смертной казнью. Понятно? – я требовательно смотрел на приятелей.

– Понятно, ваше сиятельство, – скривился Хмыл, а Дрон кивнул головой.

– Попытка обмануть приравнивается к предательству и карается отрубанием головы!

– Не смертной казнью? – переспросил Дрон.

– Я же сказал – отрубанием головы!

– Ну, слава Богу! – вздохнул бородач, – Хоть что-то не смертной казнью карается!

Хмыл с сожалением посмотрел на напарника, но смолчал. Я решил, что на сегодня правил хватит. Всё колюще-режущее спрятал под кровать. Оставил себе лишь нож и меч, который пристегнул на пояс. А потом освободил Хмыла, пообещав Дрону чуть позже развязать и его. Усадил острозубого за стол.