Девушка из Нагасаки

Ян усмехнулся себе под нос – давно и бесповоротно влюблен.

– Кого ты пригласил к нам сегодня, Луи? – тем временем прощебетала «воробушек» с той особенной девичьей интонацией, что смягчает сердца даже самых суровых мужчин. Вот только Ян видел едва заметное движение зрачков – даже пальцем не пошевелишь, не привлекая внимания.

– Я сегодня впервые увидел мистера Цзяо в этом районе и решил составить знакомство, – буднично пояснил Шеро. Видимо, он по какой-то причине вел учет обитателей порта и присматривался к посторонним.

– Вот как! – улыбнулась танцовщица. – Что ж, давайте знакомиться! Мое имя Сузуми. Местные так мило перевели его на свой язык! Так что вы тоже можете звать меня «воробушек».

И смущенно опустила глаза. Она ничуть не переигрывала: даже следующий вопрос, что в другом исполнении походил бы на попытку дознания, прозвучал как знак милого любопытства:

– Что привело вас в нижний порт, мистер Цзяо?

И тут Ян совершил ошибку. К нему присматривались, как к потенциальному врагу.

Или союзнику? Или инструменту? В любом случае это настороженное изучение ему ужасно не нравилось. Захотелось немного позлить эту милую птичку с заморским именем.

– Да вот, решил проинспектировать район, до которого раньше не доходили руки.

Ее самообладание было просто ледяным. Ни один мускул не дрогнул на лице, лишь улыбка стала еще невиннее, да тень страха мелькнула в глазах. Неужели и впрямь подумала, что провинциал с «фабрики опиума» может занимать в Лондоне хоть какую-то государственную должность? Смешная она.

– Мистер Цзяо… – Сузуми игриво накрыла его ладонь своей. Ручка маленькая, украшенная неброским латунным колечком.

Ян почувствовал в кисти острую, короткую боль, а потом паб поплыл у него перед глазами. Последнее что он слышал – слова будто бы пробивались сквозь толстое одеяло:

– Сузуми, зачем?…

– Он сказал инспектировать! Что я могла по…

И тьма поглотила его.

– Помогите! Помогите!

Крик ввинчивался в уши.

Было мокро и холодно. Голова раскалывалась.

Ян с трудом разлепил глаза. Перед самым носом лежал наполовину обглоданный рыбий скелет, источающий отвратительную вонь, ладонь касалась чего-то мерзкого и скользкого. Он вскочил на ноги, не обращая внимания на боль. С правого уха сползла и с бульканьем хлопнулась на землю прокисшая свекла. Гнев закипел в груди – его выкинули в кучу объедков, как какого-то пьяницу!

Окончательно Яну испортил настроение труп.