Роскошь и тлен

До сих пор на умеренное нахальство мужчина реагировал вполне благосклонно, да и самой Эмили претило изображать раболепие, поэтому следующей её фразой было:

– Так. Раз я твоя гостья, то где же твоё гостеприимство? Или же мне нужно встать на колени и, ползая в твоих ногах, просить стакан воды, а, господин Ян?

– Идея с коленями мне нравится, – тут же отозвался он, лучезарно при этом улыбаясь. – Но заставлять всё-таки не буду. – Потом положил руку на её шею и аккуратно, почти нежно провел пальцами по плечу. – У такой милой пташки должно быть оперение получше.

Хочешь, я тебе платьишко подарю?

Он дважды хлопнул в ладоши, после чего дверь в комнату открылась, и вошли две китайские девушки, так быстро, как будто только и дожидались условного сигнала. В руках одной был поднос с едой, другая держала ворох какой-то одежды.

Обе усиленно смотрели в пол, стараясь стать как можно незаметнее.

Та, которая с одеждой, долго набиралась храбрости и, наконец, спросила:

– Вам помочь одеться, добрая госпожа?

Обращение поразило Эмили: ещё никто и никогда не называл её госпожой.

Сходу она не придумала, как на это реагировать, а Ян не спешил приходить ей на помощь, и молчание затянулось. Обе служанки покорно ждали, боясь даже пошевелиться – не то что поторопить. Девушке не хотелось держать их в таком положении, поэтому она с мягкой улыбкой проговорила:

– Спасибо, но не стоит. Я в силах сама одеться.

Эмили поднялась на ноги, забрала у служанки сначала еду, её она поставила на стол, потом одежду, которую небрежно положила на диван.

Китаянки смотрели на неё с таким суеверным ужасом, что на какой-то миг Роуз подумала, что, наверное, стоило просто дать им возможность выполнить свою работу, а не разрывать бедняжкам шаблон.

– Но корсет, он ведь… – робко подала голос одна из девушек, но Ян небрежно махнул ей рукой.

– Идите, идите. Я сам прекрасно умею завязывать корсеты.

Не смея противиться, служанки вышли.

– Итак, на чём мы остановились? – Ян пододвинул еду поближе к Эмили.

 – Стакан воды я тебе предоставил.

Он сделал приглашающий жест, и девушка присела рядом, только сейчас понимая, как у неё от всех этих приключений разыгрался аппетит. Пока она ела, Ян с энтузиазмом перебирал принесённые вещи. Потом вытащил из груды белья светлую шёлковую блузку, украшенную мягким кружевом. Прижал к щеке и мечтательно закрыл глаза.

– Временами мне кажется, что она до сих пор тёплая. Это иллюзия, само собой. После стирки ничего не остаётся.