Наизнанку

Ее тогда весь народ высмеял. Нет, ну как ей вообще могла прийти в голову мысль, что я смогу ответить взаимностью? Может, я и слишком придирчив к внешности, но скажем так, вечеринки посещают и более привлекательные особы. И уж если мне кто-то приглянулся, я привык действовать сам, без сопливых ожиданий, чтобы она дала мне знак на возможный зеленый свет. Или у меня большие проблемы с памятью и психикой, но не припомню с моей стороны каких-либо намеков.

А Ингрид… ну, она как была, так и останется нашей старостой, которую мы приняли в нашу тусу только для прикрытия.

Надо сказать, с этой задачей справлялась рыжая отменно. Но с того самого случая с идиотским признанием, девчонка больше не появлялась на пати. И начала преследовать меня с тупыми угрозами, что передаст список рьяных прогульщиков прямиком директору.

И все бы ничего… но, мать вашу, почему у всех активисток такие противные голоса? Будто ножом по стеклу. Такое чувство, что все они изначально были рождены именно для этого.

– Ван де Граф! Ты меня не слушаешь? – закричала девчонка еще громче, делая голос более противным.

– Подожди… я, кажется, что-то прослушал. Повтори с того момента, где ты сказала «привет». Хотя, подожди. Ты ведь не здоровалась со мной. Проблема решена. Я… пошел.

– Ты издеваешься надо мной? – прищурила она свои и без того маленькие глазки. Знаете, ее голова почему-то кажется такой огромной, что пара ее окуляров теряются во всем этом… сплошном лице.

– Тебе потребовался месяц, чтобы это понять? Поздравляю.

Вот и первый прогресс налицо!

– Ван де Граф! – удивительно, но из ее уст моя фамилия звучала просто чудовищно. – Мое ангельское терпение на исходе! Если ты не предоставишь мне документ, официально подтверждающий твое отсутствие по уважительной причине, то на все твои прогулы начнет любоваться директор.

– Только мои? Какая честь. Можно подумать, один я люблю поспать подольше…

– Я получу колоссальное удовольствие, когда влетит именно тебе.

– С чего это такое пристальное внимание к моей персоне? Да, забыл, ты же втюрилась в меня… Знаешь, это не самое лучшее проявление чувств.

– Наоборот, Аарон. Я так тебя не переношу, что твое отчисление доставит мне такой экстаз, о котором ты и представить не можешь.

– Сомневаюсь… – даже не повернулся я к девчонке. – Ты понятия не имеешь о чем говоришь.

– Ты заслуживаешь наказания! И ты его получишь, будь уверен! И я даже скрывать не посмею, что буду к этому причастна.