Колдовской замок. Часть V. Интермеццо, интермеццо

 – Ты можешь согнуть это оружие пополам, и оно распрямится без изъяна, словно китовый ус! Только не порежься, они частенько смазывают ядом свои клинки, а свойства этого яда таковы, что умереть можно от небольшой царапины!

Я тут же ощупал те места, куда сегодня попало вражеское оружие, и обнаружил несколько царапин, от которых нижняя рубашка была уже вся в крови. Увидев, чем я занят, викинг посоветовал мне прижечь раны калёным железом, и я немедленно отправился выполнять этот совет. Правда до железа дело не дошло, а просто завернув за угол, я плюнул несколько раз в ладонь огнём и втёр его везде, где это было нужно.

Интермеццо шестое – тропа Одина.

А наутро была тризна. На берегу пылали огромные костры, над которыми возвышались лодки, нагруженные всяким добром. В лодках лежали павшие викинги. Лежали в полном вооружении, осыпанные золотом, укрытые дорогими тканями. Вместе с некоторыми на костры взошли их жёны, предварительно заколотые и тоже одетые, как на праздник.

Честно говоря, я не выдержал этого зрелища, потихоньку собрал свои вещи, прихватил из ларя целый каравай, копчёный окорок, мешочек с солью, а из кладовки слямзил небольшой бочонок пива и отправился в сторону рощи.

Все были так заняты, что ускользнуть незамеченным не составило труда.

Я шёл и всё повторял про себя последние слова Анхеллинды: "Найди раздвоенную берёзу на краю рощи, там, где начинаются скалы… встань с южной стороны… опустись на одно колено и посмотри через развилку… увидишь проход… принеси жертву Одину на белом камне…"

В роще я бывал и раньше, поэтому найти туда дорогу было совсем не трудно.

А вот отыскать нужную мне берёзу, оказалось задачей не из лёгких. Как назло раздвоенных берёз там было полно, однако на северной опушке у границы скал, почему то ни одной не было! Неужели Анхеллинда ошиблась? Или эту берёзу давно пустили на дрова? Нет, роща считается священной и деревья здесь не рубят. Тогда, она могла упасть сама от старости или под напором ветра. Но на земле тоже не нашлось нужной мне берёзы. А может, я и без берёзы увижу проход в скалах?

С этой мыслью я прошёл туда-сюда несколько раз, (роща была небольшая), но никакого прохода в помине не было. Скалы стояли, плотно прижавшись, друг к другу, словно воины в строю, образуя неприступную отвесную стену, усеянную острыми выступами. Наконец, я устал и, ругнувшись с досады, присел на здоровенный валун, чтобы обдумать своё положение.

Мысль о том, что Анхеллинда меня обманула, я отбросил сразу.