Морозов

– Когда калымишь по шабашкам или работаешь на себя… – Сашка тоскливо вздохнул и не стал продолжать свою мысль.

– Леху давно видел? – сменил я тему.

Приятель посмурнел, поджал губы и качнулся с пяток на носки.

– Ксюшку встретил? – спросил он и принялся хлопать по карманам в поисках пачки.

Я вынул сигарету и протянул ему. Ответа ждал недолго. Выпустив струю сизого дыма, парень сообщил:

– Он тут ошивался какое-то время. Пока мы не смекнули, чего ему нужно. Ребята ему морду начистили… – Санек сплюнул на асфальт.

 – И тогда уже она сама стала к нему бегать.

– Понятно. – Кивнул.

Мимо пробежали две девчонки в коротких юбочках. Нас обдало ароматом сладких духов и искрящимся смехом. Невольно мы оба посмотрели вслед вчерашним школьницам, и я первым тряхнул головой и отвернулся.

– Сегодня же футбол. И Леха будет стоять в ограждении. Он сам вчера в качалке хвастался.

– Неужели? – Я тут же ощерился в недоброй усмешке. – А наши пацаны не хотят прогуляться до площади?

Сашка понятливо усмехнулся и обернулся на компанию, стоявшую у дверей увеселительного заведения.

– Эй, братва, – крикнул он, – пошли на площадь. Погуляем.

Официантка, которая вышла проверить задержавшихся клиентов, получила расчет и после этого махнула мне рукой.

– Миша, ты что не заглянул? – звонко крикнула она.

Я с трудом узнал одноклассницу, что набрала вес в районе груди. К тому же яркий раскрас сделал ее лицо совершенно другим, подчеркивая пухлые губки и острый носик.

– Наша Олюшка, – заговорщически протянул Сашка.

– Ваша?..

– Общая, если есть чем заплатить, – пояснил собеседник с готовностью. – В подсобку может отвести, а если очень понравишься, то и домой позовет.

В ответ я лишь пожал плечами и зашагал прочь. Говорить сейчас о доступных девушках не хотелось. Руки чесались от желания поприветствовать друга детства.

Улицы заметно изменились. Пару раз нас встречали странные парни, которые совали прохожим листовки и сим-карты.

Один буквально преследовал нас, демонстрируя картонку на груди. Надпись на ней гласила, что владелец скупает золото, ордена, медали, самовары и иконы. Я толкнул сопровождающего в бок и уточнил:

– Это что за придурок?

– Скупщики, – беззаботно отозвался он. – Из тех, кто по деревням ездить не хотят. Или боятся.

– Чего бояться? – Я снова не понял таинственности соседа.

– Что им по голове тюкнут и заберут деньги, – усмехнулся парень.